– Тогда вперед! – забросив за спину два автомата и чей-то ранец, Никитин метнулся к камню, на котором с вечера стояла радиостанция. Там ее не было. Капитан спустился вниз, к подступающему валу огня, и, закрывая лицо рукой от нестерпимого жара, продолжал искать рацию. Внезапно перед ним вырос Игорь.
– Вот она, товарищ капитан, – он протянул смятый металлический ящичек.
Офицеры стали подниматься в гору, пламя широкой сплошной полосой шло за ними по пятам. Едкий дым от горящих кустов багульника разъедал глаза. Когда они догнали группу, разведчики успели отойти к вершине метров на триста, неся Павлова на плащ-палатке.
– Как он? – озабоченно выдохнул капитан.
– Плохо, не приходит в себя, – Резо закашлялся.
– Быстрее, быстрее, ребята! – Никитин тоже вцепился в край плащ-палатки. – Надо успеть спуститься с противоположного склона, пока пламя не замкнулось кольцом. Иначе погибнем, в огне брода нет!
Задыхаясь от дыма, гонимого ветром, разведчики почти побежали вверх, лавируя между деревьями. Ветки хлестали их по лицам. Павлов, раскачивался на палатке, его голова безжизненно моталась из стороны в сторону.
Перед самой вершиной капитан, оставив группу, вырвался вперед, чтобы подыскать место для спуска. Конусный луч его карманного фонаря метнулся влево – вправо, потом застыл на месте. Офицер окаменел: под ногами лежала пропасть. Задняя часть сопки обрывалась почти отвесной гранитной стеной. Места для спуска здесь не было. Запинаясь о камни и падая, Никитин ринулся вправо. Снова остановился, как пригвожденный. На самой вершине горы, в широкой гранитной чаше, освещенное луной, лежало небольшое озеро, ветер рябил его черную воду. Именно из него и брал начало ручей, возле которого заночевали разведчики. Путь к отступлению был отрезан.
– Товарищ капитан, где вы? – донесся голос Гусарова.
– Идите сюда, я здесь! – отозвался Никитин.
Разведчики бережно опустили Павлова на землю. Он издал громкий мучительный стон. Над ним тотчас же склонился Абшилава.
– Нашли спуск? – Игорь едва переводил судорожное дыхание.
– Нет здесь никакого спуска, обрыв метров двести, с раненым не спуститься, а огонь скоро будет здесь…
– Ветер еще проклятый помогает! – Игорь оглянулся на близкие языки пламени. – Что же делать, товарищ капитан, ведь заживо сгорим?! – в его голосе Никитин уловил панические нотки. Вплотную придвинувшись к лейтенанту, он медленно и раздельно проговорил:
– Возьмите себя в руки, вы, офицер! И не сметь сеять панику! Поняли меня?!
Впервые за все время, сколько Игорь знал замполита, он услышал в его голосе едва сдерживаемое бешенство.
С минуту капитан стоял неподвижно, о чем-то напряженно раздумывая. Отблески близкого пламени освещали его лицо.
– Гусаров, быстро измерь глубину возле берега! Остальным искать жерди для носилок, нам придется войти в озеро и держать раненого на руках.
Старшина передал свой автомат и ранец Жаргалову, шагнул в воду и тотчас же исчез с ее поверхности. Барахтаясь, всплыл через несколько секунд.
– Бесполезно, тут прямо с берега обрыв, дна не достаю!
– Ч-ч-ерт! – Никитин оглянулся на сплошную стену подступающего к вершине огня. Подбежал Абшилава.
– Товарищ капитан, Павлов очнулся, вас зовет!
– Потом… Иди к раненому, сержант, не оставляй его, – Никитин обернулся к молчаливо стоявшим вокруг разведчикам. – Что будем делать, ребята? Времени у нас мало, думайте быстрее!
– Плот надо вязать: стропы есть, бревна можно найти, – сказал за его спиной Жаргалов. – Отплывем немного и переждем пожар.
– Не успеть с плотом, – Дудкин в отчаянии стиснул кулаки. – Дождь бы сейчас, ливень… Столько воды под боком, и ничего нельзя сделать!
Гусаров выполз на гранитный валун у берега, вода стекала с него ручьями. Неожиданно его как будто что-то осенило, и он выпалил:
– Товарищ капитан, а дна я даже шестом не достал, глубина порядочная!
– Я это уже слышал, чего повторять?!
– Я к тому, что берег-то узкий, будто край у чашки. Тут ломом ударь – потечет… Хотя бы вот здесь, где ручей выбегает. И склон крутой, градусов сорок будет, не меньше…
– Понял тебя, Андрей! – озаренно воскликнул Никитин и быстро оглядел десантников. – Кто нес остаток взрывчатки?
– Я! – отозвался Дудкин.
– И у меня в ранце шашек десять лежит, – доложил Жаргалов.
– Дудкин, готовь заряды и «дэ ша»16, рванем сразу в двух местах: здесь, где стоим, и немного подальше, чтобы поток был как можно шире.
– Есть, товарищ капитан! – мгновенно среагировал подрывник.
Через несколько минут все было готово. Всепожирающее оранжевое пламя уже накатывалось на густые заросли сухостоя, плотно окружавшего берег. Плоскую вершину сопки заволокло угарным дымом. Когда огонь с гудением подступил совсем близко к гранитной чаше озера, ударил сдвоенный взрыв, гулким эхом разнесся по окрестностям. В пробитую брешь устремились потоки воды, растеклись по склону десятками ручьев, гася бушующее пламя.
Разведчики дружно поднялись из каменного котлована, послужившего им укрытием. Неся раненого товарища, бросились вниз по пробитому водой коридору, пригибаясь от нестерпимого жара полыхающих крон деревьев.