Но как я могла не понять намеков травника из Ведьминого квартала? Он же мне прямым текстом почти все объяснил. Бессменная Тьма. Небольшая элитная армия, особое войско, которому не было равных по силе и которое сейчас стоит в низине Аавинатис, укрытой клочьями ледяного тумана. Может ли так быть?
– Ты хочешь вернуть к жизни Бессменную тьму. Ты их генерал, герой Перелома. Так? – слова слетали с языка, словно принадлежали не мне. На затылке, кажется, зашевелились волосы. Такого не могло быть! Как я могла оказаться на одной дороге, в одной компании с легендами и не понять этого?!
– Приятно познакомиться, донья. Харан Кезу Дангарон, к вашим услугам, – кривя губы то ли от боли, то ли от недовольства, шутовски-издевательски поклонился Харан из седла.
– Почему сразу не сказали? – я оглядывалась по сторонам, словно у кого-то был ответ на этот вопрос. Словно кто-то был обязан отчитываться передо мной в подобных тайнах.
– А что бы это изменило? – тихо, словно не желая нарушать какого-то очень хрупкого и едва сохраняющегося равновесия, буркнул Рубер.
Я открыла рот, чтобы возмутиться, объяснить, как это все меняет… и тут же его захлопнула. Не было у меня права требовать от этих мужчин такой откровенности, к которой они не были готовы. Рука невольно метнулась к подвеске, сжав амулет. Не мне их упрекать.
Повозка свернула на небольшую поляну, где в десятке шагов от озера было выложено камнями кострище, и медленно остановилась. Вечер принес прохладу, а от воды тянуло свежестью, но настроение все равно оставалось подавленным. Новые факты и встреча со странными фанатиками давали о себе знать: я была совсем без сил.
– Сейчас сварим кофейку, и жизнь наладится. Еще если кусок мяса с булкой проглотить… М-м-м… – Терн, словно не ощущая напряжения, вылез из повозки, тут же принявшись собирать ветки для костра. Рубер же занялся лошадьми, только пофыркивая в сторону веселого приятеля.
– Я схожу к воде умыться, – тихо буркнула в сторону мужчин, помня, какой конфуз у нас получился на одной из первых стоянок, когда меня застукали с задранными юбками по колено в воде.
– Пусть сперва Жар воду проверит. Это вам не ручей. В некоторых озерах чего только не водится, – предостерег Терн, вешая над разгорающимся огнем котелок.
Мне ничего не оставалось как, сжав в недовольстве губы, ждать Харана. Огонек расседлывал своего коня, считая это дело наипервейшим из всех на привале. Может, он был в чем-то и прав, без лошадей нам никуда не добраться, но я тоже устала от этого дня. И изо всех сил мечтала освежиться.
– Харан, – видя, что мужчина и не думает поторопиться, позвала его. Но в мою сторону и не обернулись. Пришлось чуть придавить свою гордость, и все же подойти к нему ближе. – Харан, я бы хотела умыться.
Меня удостоили внимательным, нечитаемым взглядом. Мгновение между нами висела тишина, но потом Харан все же кивнул.
– Идемте, донья.
Я шла позади мужчины, разглядывая его прямую, какую-то упрямую спину, и пыталась понять человека передо мной. Выходило, что Огонек куда сложнее, чем я могла себе представить. И что оснований для этого похода у него ничуть не меньше, а то и больше, чем у меня самой. Каково это – отвечать за целое войско? Знать, что их можно вернуть к жизни и не иметь способа с этим справится?
– Я хочу извиниться, – тихо произнесла, зная, что мой голос достаточно хорошо различим в наступившей тишине ночи.
– За что же? – с различимой усмешкой уточнил Харан, приседая у кромки черной воды.
– Это было грубо с моей стороны: упрекать вас в нечестности. Я не имела права на это. Просто была сильно удивлена, когда поняла, кто вы на самом деле.
– Забудьте. Это такие мелочи. Нам с вами еще так много времени предстоит провести вместе в дороге, что подобные ситуации рано или поздно все равно будут происходить.
– И все же я чувствую себя виноватой.
– Хорошо. Если вам угодно, извинения приняты, – мужчина не обернулся, но я заметила легкий кивок. Затем Харан опустил ладонь в воду, пошевелив пальцами.
Какое-то мгновение он так и сидел, не двигаясь, а словно к чему-то прислушиваясь.
– Хорошее озеро, безопасное.
Мужчина быстро, с фырканьем умыл лицо, прежде чем подняться.
– Только пока не ходите, я принесу лампу. Мало ли что в темноте может случиться.
– Я не стану купаться при вас, – буркнула, недовольно сложив руки на груди.
Только теперь Харан повернулся. В темноте на дне его глаз вновь что-то сверкало. А может, это просто отсвет костра, что горел в десятке шагов на поляне за негустыми деревьями?
– Я обещаю не подглядывать и сидеть к вам спиной, донья. Но одной купаться в темноте в озере не позволю. Даже то, что в нем не водится никакой гадости, желающей вас слопать, не означает, что ничего не может произойти.
Я недовольно сжала губы, но ничего не ответила. Странное желание постоянно, по любому поводу, спорить с этим мужчиной меня удивляло и саму, но справиться с ним никак не выходило.
– Ждите на берегу, – с улыбкой велел Харан, направляясь в сторону костра.