Я какое-то время помолчала, пытаясь представить всю батальную сцену. Но все это казалось сейчас таким далеким, ненужным, что я только тряхнула головой. Интересовало меня совсем другое:
– Почему Хар\ран думает, что их можно вернуть? Почему вы стоите здесь уже… сколько?
– Третий год. Мы не сразу сообразили, что к чему. Первые недели все больше пили и дрались, пытаясь справиться с горечью потерь.
– А потом к нам пришли жены. Стали говорить, что мужья являются к ним ночами и просят выпустить, дать свободу. Мы не поверили. Но на третий раз не смогли вынести женских слез и вернулись. Все разом. Жар спустился в низину, и принялся искать хоть что-то, что может дать подсказку.
– да, – я все смотрела, как солнце, словно насмехаясь над горем людей, сверкает в ледяных изгибах, – он говорил, что его не берет этот туман.
– У Жара огненная кровь. Генерал говорит, что не знает, откуда такое, но мы думаем, врет все… – солдаты хохотнули, а потом подавленно замолчали. Кажется, их смущала собственная разговорчивость, но молчать больше не было сил.
– Вы правда привезли что-то, что может вернуть их к жизни?
– Я не знаю, – мне стало холодно от собственных слов, но соврать я не могла. – Мы проделали немалый путь, чтобы достать то, что по мнению Харана сможет спасти людей. Но так ли это на самом деле – я не знаю. Простите меня.
– Все хорошо, шада Лора. Терн нам успел рассказать, что вы пережили ради нашего войска. Мы вам благодарны, чем бы все это ни закончилось.
– Я делала это не для вас, а для своей сестры. Которой моя помощь оказалась и не нужна, – произносить слова было горько, но почему-то разговаривать с парой незнакомцев, не вовлеченных в мою путаную судьбу, было легче, чем с кем-то близким. Мне нужно было произнести эти слова вслух, чтобы утомленный разум не вздумал что-то менять в памяти.
– Мы знаем. Но в любом случае, вы не отказали. И мы рады, что у нас есть еще один шанс. Последний.
– Последний? – я зацепилась за это слово, повернувшись к мужчинам. Мне требовались пояснения.
– Если в этот раз ничего не получится, – бородач подергал ворот идеально подогнанного подкольчужника, словно тот стал неожиданно давить, – мы разобьем статуи.
– Зачем?! – после всего, что я слышала, это казалось безумием.
– Чтобы освободить своих братьев. Чтобы дать им шанс на перерождение. Женщины просили об этом, когда приходили в последний раз.
Я вдруг почувствовала себя так, словно сама являюсь одно из этих статуй. Ты не можешь двинуться, не можешь вдохнуть, встать, сказать… но ты не мертв. Ты заключен в ледяную тюрьму без шанса выбраться, без шанса умереть…
– У них должно получиться…
Ради нас всех.
**
Уснуть с превеликим трудом удалось ближе к полуночи. Все время ворочаясь на постели, что казалась сейчас жестче камней на которых я спала в путешествии, набив периной с десяток синяков на ребрах, я в итоге провалилась в беспокойный, неглубокий сон. Мне хотелось уснуть без сновидений, но я словно бы скользила по грани, не в состоянии вынырнуть из этого зыбкого состояния окончательно.
Темнота, похожая на липкие щупальца осьминога, хватала за ноги и за руки, то утягивая вниз, то давая на мгновение всплыть на поверхность, чтобы сделать судорожный вздох. Вот только даже открывая глаза в полусне, видя купол и стены шатра, я не могла шевельнуть ни пальцем, но головой. И я, словно оледенев, недвижно лежала под покрывалами между сном и явью. И от этого становилось страшно.
Я не знала, как долго длилось подобное состояние, но видно я все же смогла уснуть полноценным сном, потому что осознала происходящее в следующий раз уже тогда, когда меня за плечо нетерпеливо трясла Эн.
– Лора, нужно вставать. Нужно поторопиться, потому что тебя там все ждут.
– Что случилось? – сонно моргая, поочередно шевеля всеми конечностями, чтобы только убедиться, что они меня слушаются, тихо спросила няню.
– Все уже собрались. На помосте. Там даже сама королева! – Эн произносила слова тихим шуршащим шепотом, словно ее величество могла услышать нас с такого расстояния и сквозь стены шатра.
– И что же? Я им для чего?
Кажется, ночное происшествие дурно повлияло на мою голову, потому что я никак не могла сообразить, почему все просто не могут от меня отстать. Я и без того сделала куда больше за эти недели, чем за всю свою жизнь и заслужила немного отдыха. Разве не так?
Но Эн не оставляла мне и шанса вернуться ко сну, так что через полчаса, не больше, я довольно быстро шла по лагерю в сторону помоста. Там собралась целая толпа, тихо переговаривающихся людей и эйолов. Все в дорогих нарядах, украшениях. Со стражей и слугами. Только себя я ощущала там совершенно лишней.
– Ты уверена, что мне туда? – стараясь шипеть не слишком громко, поинтересовалась у Эн. Накидка на плечах показалась очень уж тонкой и от первого же порыва ветра я передернула плечами. Или все дело было в десятках глаз направленных на меня?