Только что указанное явление, - а именно, что религиозность в обычном смысле слова часто связана с противоположными свойствами, - привело многих к гипотезе, или предположению, что существует особый орган религии или совершенно специфическое, особое религиозное чувство. Однако с большим правом можно было бы принять существование особого органа суеверия. В действительности положение, что религия, то есть вера в богов, в духов, в так называемые высшие невидимые существа, господствующие над людьми, врождена человеку, как и всякое другое чувство, - это положение, переведенное на простой язык, означает: суеверие врождено человеку, как это уже утверждал Спиноза. Источник же и сила суеверия есть власть невежества и глупости, - величайшая власть на земле: власть страха или чувства зависимости и, наконец, власть воображения; они из всякого зла, причину которого человек не знает, из всякого явления, - хотя бы это было мимолетное атмосферное явление, какой-либо газ, пугающий человека потому, что он не знает, что это такое, - делают злое существо, духа или бога; из каждого же счастливого случая, из каждой находки, из всякого добра, доставшегося ему нежданно, он делает доброе существо, доброго духа или доброго бога. Так, например, караибы верят, что есть злой дух, действующий через посредство огнестрельного оружия, что злой дух поглощает луну при лунном затмении, что злой дух налицо даже там, где они замечают дурной запах. Но, обратно, у Гомера, когда кому-нибудь выпадает, благодаря случаю, неожиданно удача, то говорится, что бог дал ее. Вера в дьявола так же прирождена человеку или естественна, как и вера в бога, так что если допускать существование особого чувства бога или органа бога, то придется допустить существование в человеке и особого чувства дьявола или органа дьявола.
До самого последнего времени и в самом деле вера в обоих была неразрывна; еще в восемнадцатом веке тот, кто отрицал существование дьявола, был таким же безбожником, как и тот, кто отрицал существование доброго или в собственном смысле так называемого бога. Тогдашние ученые защищали веру в дьявола с таким же остроумием, с каким современные ученые защищают веру в бога. В восемнадцатом веке ученые, даже протестантские, так же высокомерно обзывали глупостью отрицание дьявола, как в настоящее время они обзывают глупостью атеизм. Я отсылаю по этому поводу к подтверждающим цитатам из философского лексикона Вальха, имеющимся в примечаниях к моему "Пьер Бейлю". Только половинчатость и бесхарактерность современного рационализма сохранила одну часть религиозной веры, а другую ликвидировала, разорвала связь между верой в добрых и злых духов или богов. Если поэтому берут под защиту религию, то есть веру в бога, на том основании, что она человечна, что почти все люди верят в бога, что человеку необходимо мыслить себе "свободную", то есть человеческую, причину природы, то нужно быть настолько последовательным, настолько честным, чтобы на том же основании брать под защиту и веру в дьявола и ведьм, короче говоря, суеверия, невежество и глупость человека, ибо нет ничего более присущего человеку, нет ничего более распространенного, чем глупость, нет ничего более естественного, нет ничего более врожденного человеку, чем невежество, незнание.
