Результатом же было, что конвой остался почти без истребительного прикрытия. Поскольку на эскортных авианосцах в подавляющем большинстве были лишь старые "Уайлдкеты", к этому времени использующиеся в качестве противолодочных штурмовиков.
И это был еще не финал.
Гестапо раньше казалось для корветтен - капитана Адальберта Шнее, некоей абстракцией. Оно есть, ловит врагов Рейха, иностранных шпионов, коммунистов, евреев и прочих расово неполноценных - но он - то тут при чем? Затем настал февраль, когда вдруг оказалось, что кое - кто из тех, кого сам Шнее считал достойными людьми, на самом деле враги, замыслившие подлое убийство фюрера посредством бомбы в самолете (при чем здесь флот, было непонятно, но ведь гестапо знало, что делать?). Также было замечено, что вероятность попасть в ряды врагов была больше, чем выше чин и ближе к Берлину - и решение сменить штабную должность на мостик одной из новейших субмарин выглядело мудрым шагом. Не помогло...
Обработка "внешняя" - все же, как после узнал Шнее, с приказом "без непоправимого вреда здоровью". И унизительная "внутренняя", когда тебя морально втаптывают в грязь, показывая, что ты не офицер кригсмарине, а унтерменш, пыль, абсолютно бесправное существо. И бесконечные допросы, об изменнических планах уже казненного Редера, арестованного Деница, предателей Шнивинда и Кумметца, а также тех, кто "пропал без вести" в русских морях. Позорное обвинение в трусости - вы знаете, что положено, герр бывший корветтен - капитан, за неисполнение приказа? Так отчего вы не потопили изменнически перешедшую к русским U - 1506? Когда и при каких обстоятельствах вы были завербованы "Свободной Германией"?
И вдруг все завершилось. Выпустили, подлечили, срочно доставили в Киль, где уже стояла U - 1505, пришедшая из Тронхейма. Дело не прекращено, а приостановлено, и вам дается шанс - вы обязуетесь в каждом походе добиваться значительного успеха, иначе ваше поведение будет расценено как "трусость перед лицом врага". Есть вопросы?
Дело было совсем не в гуманности. У португальского побережья собиралась гроза, и нельзя было надеяться на успех в бою, при командире неопытном, или не знакомым с этим типом субмарин. В кригсмарине пока что успели поднять флаг всего семь "двадцать первых". И это была еще достаточно "сырая" конструкция, U - 1501 страдала таким множеством "детских болезней", что осталась на Балтике, посылать ее в бой было просто опасно, ее "сестра" U - 1502 уже погибла там при погружении. U - 1503 пропала без вести у Нарвика, вероятно потопленная русским Ужасом - но возможно также, погибла от аварии, у нее и U - 1504 обнаружился дефект, фланцы и сальники систем, вынесенных вне прочного корпуса, под большим давлением текли, отчего глубина погружения этой пары лодок была ограничена - лишь начиная с U - 1505 добились более или менее надежного качества, хотя от всех недостатков избавиться так и не удалось. U - 1506 была при непонятных обстоятельствах захвачена русскими (в измену экипажа Шнее не верил). Итого в распоряжении Атлантического командования Ваффенмарине находились всего три новых лодки, U - 1504 (ограниченно годная), U - 1507, только пришедшая с Балтики, завершив ускоренный курс боевой подготовки, и наконец U - 1505, единственная с боевым опытом, у Нарвика потопившая американский авианосец, под командой его, Шнее, ученика великого Кречмера. А Чинам в Берлине тоже нужен успех, чтобы завтра не записали в изменники!
Переход в Эль - Ферроль прошел без помех. Эта база уже использовалась 12й флотилией, но переселяться туда полностью из Бреста, Лориана и Сен - Назера подводники не спешили, жизнь во Франции была явно более веселой, француженки более приветливыми и доступными, а бетонные убежища могли укрыть от английских бомб, в то же время форсирование Бискайского залива, еще недавно бывшее опасной лотереей, с вступлением в войну Испании стало ненужным, теперь лодки шли вдоль баскского берега, под прикрытием своей авиации и катеров, в Ферроле пополняли запасы до полного, и уходили в Атлантику. Но из Киля в Ферроль пришлось идти вокруг Англии, и Шнее страстно желал, чтобы ему попался британский конвой, а то кригс - комиссар смотрит недовольно, еще заявит по прибытии, что командир решимости не проявил, и что тогда? Однако приказ пока был о перебазировании, а не об охоте за англичанами!
Приказ выйти в море был шестнадцатого, утром. Узнав о цели, Шнее выругался - если разведка не ошиблась, то сейчас этот конвой уже почти на широте Ферроля, но гораздо западнее, и уходит на юг, какие шансы его перехватить, если скорость новых лодок в надводном положении даже меньше чем у "семерок"? И американцы уже кое - чему научились, внаглую преследовать себя над водой не дадут, да при таком охранении, несколько авианосцев в эскорте, это очень серьезно! Но что бывает за неисполнение приказа, помнилось слишком хорошо.
