Приняли. Вручили партбилет. На всю жизнь.
Как и прежде, по утрам Петр спешил на завод, а после смены допоздна задерживался по делам общественным. Старшие товарищи-партийцы, видевшие, как он отдавался работе в боевой, кипучей комсомольской буче, поручали ему что-нибудь посерьезней, поответственней, и он никогда не подводил.
Когда райком комсомола перевел Миронова на фабрику «Красный Октябрь» и он стал работать столяром-фортепьянщиком, его выбрали там вожаком фабричных комсомольцев.
Страна в те годы набирала силу, готовясь к старту пятилеток.
Страна, первенец мировой революции, крушила старое и созидала новое.
Окруженная кольцом мирового капитала, страна укрепляла свою оборонную мощь.
Петра Миронова призвали в Красную Армию.
Отдельный железнодорожный артдивизион, в котором он служил батарейцем, располагался в городе, за Московской заставой. Неподалеку от казарм высились кирпичные корпуса обувной фабрики «Пролетарская победа». Когда выпадала увольнительная, красноармейцы начищали ваксой сапоги и спешили в клуб, где обычно собирались фабричные девчата.
Иной раз и не скажешь, кто кого первый замечает — парень девушку или она его. Бывает, пройдут мимо суженые — голову не повернут друг к другу, так и потеряются навсегда. А бывает, вдруг проскочит меж двоих какая-то невидимая искорка, ударит каждого, как током, и — спаяет обоих на всю жизнь.
Так вот и получилось, что они встретились здесь, в клубе, — Петр и эта девушка с мягким украинским говорком. Была она бойка и весела, а уж хохотунья такая, что вокруг нее никогда не смолкал смех.
Познакомились, стали встречаться чаще, ждали этих встреч.
Звали ее Зоей, работала она заготовщицей на обувной фабрике. Узнал Петр, что Зоя и вправду родом с Украины. Малой девчонкой осталась сиротой и, чтобы прокормиться, ходила нянчить чужих детей. Потом тетка увезла ее в Ленинград. Тут, в городе, прибавив себе пару годков, Зоя устроилась на «Пролетарскую победу», стала самостоятельной.
Жизнь фабрики сделалась ее жизнью. Здесь Зоя вступила в партию. В ту пору обувщики осваивали поточную систему труда. Тон в этом новом деле задавали молодые работницы. Зоя была в их числе. Работать на конвейере для многих было непривычно, боязно, но сделали так, что труд этот оказался неутомительным: каждый час на пять минут останавливала бег лента конвейера, затихал шум машин, замирал цех, и работницы спокойно отдыхали. На грифельной доске, висевшей в цеху среди плакатов и лозунгов, Зоя с радостью писала мелом цифры, говорившие о росте производительности, о выполнении и перевыполнении промфинплана.
Всем этим она делилась с Петром при встречах, и чем дальше, тем сильней оба чувствовали, как совпадают их взгляды на жизнь, их интересы.
Вскоре Петр и Зоя поженились и теперь вместе выходили из дому по зову фабричных гудков. На людных утренних улицах, звенящих трамваями, пути их расходились — Зоя бежала к себе на «Пролетарскую победу», Петр спешил на «Красный Октябрь», куда вернулся после службы в армии.
На этой фабрике выпускались первые отечественные фортепьяно. Сверкающие черным зеркальным лаком, эти музыкальные инструменты были сложны в изготовлении, капризны. Делали их вручную, поштучно, и многое, если не все, зависело тут от ювелирного искусства деревоотделочника. Петь должны были не только тугие струны, но и сама древесина. Работая с ней, настоящий мастер понимал дерево, чувствовал его, слышал.
Петр знал, что, покуда он служил батарейцем, на фабрике ждали его рук, его умельства. Так оно и было. Но ему заодно напомнили, как он ходил здесь в комсомольских вожаках и был на хорошем счету. Петр и сам не мог представить себя вне стихии общественных дел, но, когда узнал, что его выдвигают в руководители фабричного коллектива ВКП(б), как называлась тогда партийная организация, он не то чтоб не поверил — он задумался. Ему оказывали большое доверие. «Справлюсь ли?» — спрашивал он себя дома, размышляя вслух. «Справишься, должен справиться», — взглядом, улыбкой отвечала ему жена.
Молодой рабочий-коммунист Миронов выходил на путь профессиональной партийной работы. Доверяя, его проверяли делом, и он справлялся. Рос его авторитет в глазах коллектива, росло и умение руководить людьми — постоянно быть вместе с ними и впереди, чтобы вести за собой, как тому учит партия.
В скором времени райком перевел Миронова на кожзавод «Коминтерн», где Петра также избрали заводским партсекретарем, а затем он был направлен инструктором в Василеостровский районный комитет ВКП(б).
Расширялся круг его обязанностей, множились грани общения, возрастали задачи, и Петр понимал, что приобретенный им опыт работы хорош лишь на сегодняшний день — завтра его будет недоставать. Следовательно, нужно нарабатывать, наращивать, совершенствовать знания, навыки, необходимые партработнику, овладевать искусством руководства, учась этому у старших товарищей, у лучших из лучших. У большевиков ленинского типа.
Образцом такого руководителя был для него Сергей Миронович Киров.