Этот ежеутренний обход генеральный совершает не в одиночку. Его сопровождают заместитель по производству и начальник ОТК. Иногда и другие руководители объединения, все зависит от обстановки.
Генеральный ничего не записывает, но и не забывает ничего.
Вот он останавливается в проходе, поворачивается к начальнику цеха:
— Вчера ты обещал, что обдерешь два диска…
— Один уже почти готов, — отвечает начальник, избегая, однако, острого, пронизывающего взгляда генерального. — Второй тоже на станке, сегодня будут готовы.
— Эти три поковки, — говорит генеральный, — вчера лежали на том же самом месте.
Вчера, то есть накануне, я был вместе с ним, но никак не могу вспомнить, видел или нет эти поковки. Мне кажется, что все-таки их не было здесь… «Точно, были», — шепчет мне заместитель по производству.
Больше генеральный не говорит ни слова начальнику цеха. Но можно быть уверенным, что диски будут сегодня ободраны.
В приемной, когда мы входим туда, уже сидят несколько человек, ждут генерального. Он здоровается со всеми, проходит в кабинет. Тотчас секретарь докладывает, что звонили из горкома партии, просили срочно связаться.
Оказывается, рано утром секретарю горкома был звонок из далекого края: случилась авария на металлургическом комбинате, сами с поломкой справиться не могут, просят выслать самолетом вышедший из строя узел и заодно — специалистов-наладчиков.
Генеральный немедленно отдает распоряжение, хотя и видно, как ему не хочется посылать специалистов. Людей не хватает, вечная проблема. Но помогать надо.
Пришел помощник по быту. У объединения есть своя база отдыха на Черном море (в Ленинградской области тоже есть, и не одна — и в этом, говорят, немалая заслуга генерального), удалось достать сборные дома, для их приобретения нужна подпись генерального.
— Давай подпишу, — говорит генеральный. — Тут нет вопросов.
— Разрешите мне выехать на место? — спрашивает помощник по быту.
— А есть такая необходимость?
— Да.
— Поезжай.
— Тогда я послезавтра и выеду.
— Послезавтра?.. — Генеральный листает календарь. — В четверг нечего лететь. В пятницу там сделать ничего все равно не успеешь, а два дня загорать?.. В воскресенье полетишь. На выходные к Черному морю летайте за свой счет.
Звонок директора подшефного совхоза, просит помочь людьми на прополке капусты. Генеральный велит секретарю разыскать заместителя по кадрам.
В кабинет входит представитель Мингазпрома. Приехал из Москвы с нарядами на запчасти.
— Ничем помочь не могу, — говорит генеральный.
Представитель не спорит, не доказывает. Создается впечатление, что оба знают — визит пустой. Когда представитель уходит, генеральный рассказывает мне:
— Каждый год они каким-то образом ухитряются получать дополнительные наряды. А мы каждый год отказываем, хотя принимаются всякие решения на этот счет. Но фондами ни наряды, ни решения не обеспечиваются. Получается вроде самодеятельности: дескать, делайте, давайте, а кто будет делать и из чего, неизвестно.
Пришел заместитель по кадрам.
— Почему не отправили в совхоз людей? — спрашивает генеральный.
— Автобус был, народ не собрался.
— То есть как это не собрался?! А ты на что? Куда смотрели начальники цехов?.. Комсомол подключили? Чтобы такое было в последний раз! Есть все хотят, а помочь некому. И предупреди начальников цехов: не обеспечат явку, сами в выходной поедут полоть капусту.
Звонок из Москвы. Сообщили, что ВАК утвердила диссертацию генерального. Теперь он кандидат технических наук. А я, признаться, и не подозревал, что он работал над диссертацией. Записываю в блокнот: «Откуда он берет время?»
— Что ты там опять пишешь? — спрашивает генеральный.
— Да так…
— С меня приходится, — он смеется.