— Я изменил свое решение. Ужин дашь здесь. Меню я составлю, с Фрицем... Может, пирожки «Мондор», утка с вишнями и виноградом? Ну а рислинга «Пасти Грей» для женщин вполне достаточно.
— Но ведь ты не любишь этот сорт.
— Меня не будет дома. Я уйду без пяти шесть. Поужинаю с Марко и проведу с ним остаток вечера.
В моих отчетах о деятельности шефа я часто упоминаю о том, что Ниро Вульф никогда не выходил из дома по служебным делам. И в данном случае он не отступил от этого правила: решил покинуть дом не по. служебным делам, а по вытекающим из них последствиям. Но такое разграничение — уж излишний педантизм.
— Ты должен быть на месте,— возразил я.— Мы устроим смотр наших дам. Они бы тоже охотно на тебя посмотрели. Миссис Адамс сорок восемь лет, как раз для тебя. Ну и, кроме того, она несчастлива в замужестве, иначе не устроилась бы на службу. В конце концов, таким образом...
Вновь зазвонил телефон. Я представился. На редкость писклявое сопрано вынудило меня отстранить трубку от уха.
— Ах, прошу прощения, я просто обязана позвонить вам. Конечно, это слишком неподобающий шаг, так как вы, сэр, никогда не были мне представлены, но я подумала, что не скажу своего имени, поэтому мой звонок не будет слишком большой бестактностью... правда? За всю свою жизнь я не видела более прекрасных орхидей! Как раз сегодня вечером я отправляюсь на небольшой прием. Будет несколько человек в одном приятном доме. Я приколю эти орхидеи. Вы представляете, как все будут поражены? Но что я отвечу, если меня спросят, откуда эти цветы? Я не имею понятия. То есть, не имею понятия, что ответить. Естественно, я могла бы выдумать какого-нибудь неизвестного поклонника, хотя не принадлежу к девушкам, мечтающим о неизвестном поклоннике, поэтому не имею понятия, что отвечу, но не смогу удержаться от соблазна и приколю эти орхидеи, ведь...
Когда я через пять минут положил трубку, шеф коротко бросил..
— Эту ты не пригласил.
— Нет,— признался я.— Она наверняка девушка и навсегда бы ею осталась, если бы это зависело от меня.
Впервые в истории целая группа посторонних попала в теплицу в то время, когда там не было Вульфа. Бремя ответственности ложилось на Теодора, который считал своей , обязанностью смотреть за тем, чтобы кто-нибудь не перевернул полку или не сорвал цветок редкого сорта. Но это еще не все. Стол в кладовой был уставлен самыми разнообразными напитками, а так как они живо заинтересовали некоторых из моих гостей, садовник боялся, что кто-то польет спиртом одно из растений, заботливо охраняемых лет десять.
Мне было неприятно, что я поставил его в такое трудное положение, но хотелось, чтобы дамы чувствовали себя свободно. Вербовка протекала благополучно. Правда, было лишь семь телефонных разговоров, однако в бюро, вероятно, обсуждение шло во время работы, потому что пришло десять дам. Кроме того, в среду мне звонили две особы, когда я как раз был в Бронксе: должен был поехать туда, чтобы повидаться с миссис Абрамс, которая в конце концов согласилась на сотрудничество, хотя и не была очарована мной. Я мобилизовал также мистера Веллимэна, что было гораздо легче и стоило одного лишь телефонного звонка в отель, где он остановился.
Короче говоря, компания представляла собой материал выше средней трудности. Нетрудно было бы завязать знакомство с этими дамами, утолив их любопытство и сказав пару слов об орхидеях, если бы меня не мучила прежде всего необходимость изучения отдельных личностей под углом зрения их непосредственного отношения к делу. Я уберегаю тебя, читатель, от подробностей, так как они не имеют большого значения. Я знаю это сейчас, но тогда никто не мог мне об этом сказать.
Что было делать? Я трудился как вол, устанавливая по именам служебное положение гостей. Однако мне удалось справиться с этим и за ужином рассортировать кое-какие сведения. Шарлотта Адамс, сорока восьми лет, занимала должность старшего секретаря компаньона фирмы Джеймса А. Корригана. Она была очень худа, энергична и приглашение приняла не ради развлечения. По возрасту ей была близка только одна из стенографисток, пухлая и прыщавая, которая со смехом назвала свое имя: Элен Трой..
Следующее место, если располагать дам по возрасту, занимала Бланш Дьюк, трехцветная блондинка. Я приготовил напиток по ее рецепту. Она дважды доливала себе и наконец, чтобы облегчить свою участь, ходила в обнимку с шейкером.
Остальные из семерки были старше тридцати, за исключением, может быть, двоих. Одна, Долли Харритон, занимала позиции несколько более высокие, чем я мог ожидать. Она имела адвокатские права и, хотя и не была компаньоном фирмы, решительные очертания подбородка и быстрый взгляд серых глаз говорили, что вскоре достигнет такого положения на нынешнем месте работы или в другом месте. Между полками теплицы она ходила с таким видом, будто собирала материал для допроса торговца орхидеями, которого жена раздраженно упрекает в отказе от уплаты алиментов.
