Нина Перельман, стенографистка, была высокой, держалась просто и обладала огромными глазами, темными и как бы неподвижными. Маленькая и худенькая машинистка Мейбл Мур носила очки в красной оправе. Ция Лондеро, секретарша Филпса, девушка с прекрасным овалом лица и с почти ненакрашенными губами, во всех отношениях отвечала моему идеалу молодой особы, с которой я охотно показался бы на публике. Архивариусу Порции Лис следовало бы привести в порядок свои зубы . или не смеяться так часто. Стенографистка Клер Буркхарл или недавно кончила среднюю школу, или только притворялась подростком. Если бы мне нужно было ограничиться одним приглашением, я бы выбрал секретаршу Луиса Касбона Элеонор Грубер. Видя такую девушку, человек сразу ощущает потребность сбросить пару фунтов веса, а затем спрашивает себя — а длящего собственно? И в результате голосует за статус кво.
До ужина я успел собрать несколько отрывочных сведений — в основном, от Бланш Дьюк, Ции Лондеро и Элеонор Грубер. Во вторник, после окончания работы, старший компаньон фирмы Корриган вызвал дам в свой кабинет. Он рассказал, что ПК 3-1212 — номер телефона Ниро Вульфа, Арчи Гудвин правая рука этого детектива, а сам детектив трудится, конечно, в чьих-то интересах и представляет противную сторону в одном из дел, проводимых фирмой. Корриган считает, что лучше всего было бы пренебречь записками, вложенными в коробки с орхидеями, или, во всяком случае, спрятать их подальше.
Следующую информацию сообщила Бланш Дьюк, снующая по теплице с шейкером. Так вот, сегодня, в среду, когда встал вопрос о том, идти или нет, Мейбл Мур шепнула словечко миссис Адамс (а та, конечно, по секрету Корригану), заявив, что тоже идет по совету шефа. Собрал я еще немного сведений об особах, интригах и сплетнях, но всего этого не хватило бы даже на покрытие расходов на напитки.
В двадцать пять минут седьмого выяснилось, что вино охладилось, но я не возражал, если дамы захотят продолжить с тем, с чего начали. Бланш Дьюк высоко подняла шейкер и заявила, что всегда верна только одному напитку. Зазвучал хор одобрения, и дамы единодушно потянулись за бутылками и всем необходимым. По дороге через среднюю комнату теплицы каблук Элен Трой застрял между досками пола, Элен споткнулась, описав бутылкой широкую дугу, и сшибла два горшочка с орхидеями Варикалум. Раздались сдавленные крики и слова сожаления.
— Вот это выдержка! — заявил я великодушно.— Не упустила бутылку. За мной марш через орхидеи!
Когда мы добрались до нижнего этажа, я проводил дам в столовую. Серебро, стекло и орхидеи на белоснежной скатерти выглядели весьма привлекательно. Я сказал, что для себя резервирую место во главе стола, а гости могут садиться так, как им понравится. Затем попросил прощения и вышел на кухню, чтобы спросить у Фрица:
— Они здесь?
— Ага.— Он кивнул головой.— На втором этаже в южной комнате. Им гак удобно.
— Прекрасно. Они знают, что нужно подождать?
— Знают. А как у вас дела?
— Неплохо. Две совсем не пьют. Но остальные на верном пути. Все готово?
— Разумеется.
— Начинаем!
Я возвратился к гостям и первый раз в жизни занял место Вульфа во главе стола. Были подняты почти все бокалы, чтобы поприветствовать меня после столь долгого отсутствия. Я был тронут и подумал о собственном тосте. Поэтому, когда вошел Фриц с супницей, отодвинул стул и встал. Порция Лис не прекращала болтать, но Долли Харритон призвала ее к порядку.
— Слушайте! Слушайте! — крикнула Элен Трой.
— Уважаемые леди, слава Богу, без джентльменов,— начал я.— У меня много тостов, и я начинаю первый. Прежде всего благодарю вас за то, что вы пришли сюда. Мне очень приятно, потому что только на вас, прекрасные дамы, я смотрю с большим удовольствием, чем на орхидеи. (Аплодисменты.)
Ввиду отсутствия мистера Вульфа, я возьму на себя его обязанности и позволю себе представить вам самого главного из наших домочадцев. Это Мистер Фриц Бреннер, который сейчас подаст суп. Поклонись, Фриц! (Аплодисменты.) А теперь я прошу вас помочь мне решить небольшую проблему. Вчера я говорил по телефону с дамой, несомненно, прелестной, но она отказалась назвать свое имя. Умоляю помочь мне узнать его! Повторю фрагмент, который может стать для вас ключом к разгадке. Я плохой актер, но сделаю все, что в моих силах. Дама сказала: «Ах, прошу прощения. Я просто обязана позвонить вам. Конечно, это слишком неподобающий шаг, так как вы, сэр, никогда не были мне представлены». И, подражая интонациям, пересказал наш разговор.
Закончить я не смог, потому что мой голос утонул в урагане смеха и криков. Даже миссис Адамс снизошла до того, что позволила себе улыбнуться. Клер Буркхарл, выглядевшая школьницей, Подавилась куском булки. Я уселся и, покрасневший, с триумфом принялся за суп. Когда шум немного утих, поинтересовался:
— А ее имя?
Мне ответило несколько голосов сразу, но я повернулся к Цие Лондеро, моей соседке справа. Имя, которое я не зарегистрировал, было Кора Берч.
