— Пока еще нет. Но за этим дело не станет. Прикажите их сфотографировать, чтобы у нас остался след. Дайте эксперту для определения марки и модели машинки.
— Это все?
— Это все, что я могу вам сказать: Вы, без сомнения, найдете что-то еще, о чем придется подумать.'
Дрейк предпринял попытку выбраться из кресла.
— А эта девушка, Патриция? Я могу спросить ее про телеграмму?
— Я не вижу причины препятствовать вам в этом.
— Должна она знать, что я работаю с вами?
Мейсон задумался.
— Представьтесь для начала журналистом. Потом скажите ей, кто вы и что мы вместе. Посмотрите, изменит ли это что-либо в ее объяснениях.
— Больше ничего? — спросил Дрейк.
— Я думаю, что нет необходимости составлять вам программу действий. А?
Рапорты полиции полны богатыми вдовами, которые исчезают, мужьями, устраивающими свои маленькие дела, а потом решительно отрицающими их. Все повторяется.
— Вы хотите сказать, что муж надевает на шею жены жернов, спускает ее в подвал, заливает тело цементным раствором и идет рассказывать своим друзьям, что его дорогая супруга поехала проведать тетю Мэри?
— Что-нибудь в этом роде.
— В нашем деле имеется третий персонаж — Флетвуд.
-— Он тоже может быть в подвале.
— О нем надо молчать?
—- Да.
— Сказать мне Патриции, что вы ищете ее дорогую мамочку?
— Нет. Пускай сама догадается.
— Хорошо. Когда это все нужно?
— Как можно скорее.
— Вы всегда торопитесь, сэр,— проворчал Дрейк, выходя из комнаты.
— Что касается вас, Делла,— сказал Мейсон,— защищайте крепость, а я слетаю в Лас Олитас. Может быть, мне улыбнется счастье, и я поймаю президента банка до завтрака.
Взгромоздившись на холм, окруженный фруктовыми деревьями Лас Олитас нежился на солнце. По склонам холма живописно расположились домики фермеров, а также богатых горожан, предпочитающих тишину сельской жизни суете городских кварталов. Ясное небо и суровая красота видневшихся вдали гор невольно побуждали остановиться и полюбоваться идиллическим пейзажем.
Бюро Мейсона находилось в сорока минутах езды от главной улицы Лас Олитас.
Припарковав машину на стоянке, Мейсон пешком отправился к банку.
Здание банка было построено недавно. Ультрасовременная архитектура, внутреннее убранство, просторные, изысканно оформленные холлы — все говорило о процветании и надежности.
Проходя мимо столов, расположенных позади мраморного барьера, Мейсон обнаружил медную дощечку с надписью «С. Е. Раулинг, президент».
Президент был шестидесятилетним мужчиной с улыбающимися глазами и производил впечатление делового, уверенного в себе человека.
Мейсон поклонился ему, и тот, покинув свое кресло, подошел к барьеру.
— Мейсон,— коротко представился адвокат.
— Вы Перри Мейсон?
— Он самый.
Рад знакомству с вами! Зайдите же! Я много слышал о вас, сэр! Не хотите ли открыть у нас счет?
— Нет,— ответил Перри, проходя за барьер, в котором президент открыл дверцу.— Я пришел по довольно серьезному делу, которое касается одного вашего клиента.
— В самом деле, мистер Мейсон? Садитесь, пожалуйста, и рассказывайте.
— Я получил сегодня утром чек на ваш банк на сумму две тысячи пятьсот долларов.
— А! — произнес Раулинг с видом человека, привыкшего к богатым клиентам, без затруднения расстающимся с чеками в две с половиной тысячи долларов.
— Я предъявил этот чек в свой банк «Фармере, Мерченс энд Мекэник».
Раулинг жестом предложил продолжать.
— Может быть, вы в курсе дела? — спросил Мейсон.
— Я нуждаюсь в некоторых уточнениях,— приятным голосом ответил банкир.
— Чек подписан,— продолжал Мейсон,— миссис Лолой Факсон Алред, у нее также имеется счет в моем банке. Разглядывая подпись на чеке, служащие усомнились в ее верности и пригласили эксперта, который установил, что подпись фальшивая.
— Неужели?
— Вам ничего об этом не сообщали?
— А что конкретно вы хотите от нас, мистер Мейсон?
— Я получил еще один чек на такую же сумму, подписанный Лолой Факсон.
Раулинг откинулся в свое кресло, по-птичьи склонив голову.
— Этот другой чек,— продолжал адвокат,— надежный, как золото. Миссис Алред прислала его мне, чтобы я занялся ее делами.
И вот, с одной стороны, я владелец настоящего чека, с другой — фальшивого, с третьей — адвокат миссис Алред.
— В самом деле?
— В настоящую минуту я не могу общаться с моей клиенткой.
— Это любопытно.
— Я подумал, что чек, полученный мною на ваш банк, может быть не единственным. Могут быть и другие фальшивые чеки. Полагаю, у миссис Алред есть привычка печатать свои чеки на машинке?
— Кажется, да.
— Она пользуется пером только для подписи?
Раулинг утвердительно кивнул.
— Мне также хотелось бы удостовериться, что она не часто прибегает к такого рода оплатам. Убежден, сумей я проинформировать свою клиентку о происшедшем, она немедленно бы приняла меры к пресечению фальсификации ее подписи.
Вместо ответа банкир нажал на кнопку звонка, находящуюся на его бюро.
Немедленно появился секретарь и замер в почтительной позе.
— Принесите мне, пожалуйста, запись текущего счета миссис Лолы Факсон Алред на сегодняшний день. Принесите мне также все чеки, предъявленные к оплате сегодня.
Секретарь ушел.
