Лилия же сначала улыбнулась. Она впервые полюбила, впервые узнала искреннюю дружбу; стала сильнее и многому научилась. Однако… незамечаемая никогда ею морщинка легла тенью между бровей. Оглядываясь мысленно назад, Лилия никак не могла охватить всего, что успело произойти; всего ужаса, приведшего её сюда и пережитого уже в Солнечной крепости. Странно было вспомнить, как она приняла власть короля эльфов, а они – приняли её, как равную. Многое успело произойти, прежде чем на этом празднике, главном торжестве эльфийского народа, оказалась она. Человек… всего лишь человек, хотя Лилия так старалась, так хотела стать для них лучше…и стала ли?
Молчание продлилось от силы пару минут, так как Имирин прервал его.
–Пусть новый круг, который начнёт свой путь уже совсем скоро, не принесёт нам новых бед. Я надеюсь на это, и хочу, чтобы в это верили и вы. А теперь, – Имирин улыбнулся, в его голосе проявились ноты веселья, и он раскинул руки в стороны, – пришло время танца! Кажется, наши музыканты уже готовы.
Те заулыбались, склонив головы. Финель, взглянув, казалось, на короля, кивнул. Закрыв глаза, он приготовился играть. Остальные музыканты внимательно следили за ним.
Пальцы кузнеца попробовали струны, тихие звуки заскользили, словно тонкие звенья кольчужной цепи между пальцами. Финель начал выводить лёгкую, достаточно скорую мелодию, а флейтисты и арфисты после пары секунд молчания с их стороны, разными, но чистыми и гармоничными голосами обрамили звуки имирассы.
Остальные эльфы, до этого разместившиеся довольно тесно, чтобы все могли одинаково хорошо слышать короля, с улыбками и смехом очень быстро распределились свободнее, по всей поляне. К сумеречному часу установилась необыкновенно тихая погода, и ничто не мешало прекрасной музыке заполнить всё пространство вокруг, не теряя ни единого полутона, ни единой паузы.
–Как далеко их слышно, как думаешь? – улыбаясь, спросила Лилия Индила, пока он отводил её в сторону.
–Позже можно будет проверить, – ответил на это эльф, поклонился и подал девушке руку.
Мелодия вдруг замерла. Эльфы тоже, кажется, все затаили дыхание; стоя в парах, они держались за предплечья друг друга и ждали. Прошла одна секунда…другая…
Едва музыка возобновилась, танец ожил. Радостный смех и короткие фразы, отметившие его начало, так удачно и естественно вплелись в музыку, что были почти неотличимы от неё. Эльфы двигались безукоризненно, словно были единым целым – друг с другом и с мелодией, что их вела… но казалось даже, что и без неё они не сбились бы, ни один не поторопился и ни один не отстал.
Итак, первый настоящий праздничный танец для Лилии состоялся с Индилом. Сколько времени он был главным предметом её мыслей, полных нежности, любви… и волнений тоже. Бессчётное количество часов провела она, встречая тёплый ясный взгляд, и столько же – ожидая его. Защищённая силой рук и трепетной заботой, Лилия давно не вспоминала одиночества, которому так была покорна раньше. Думая об Индиле, девушка едва могла сдержать улыбку, которая неизменно просилась на её лицо.
Неужели можно знать и любить в ком-то каждую мелочь? Улыбку, особенный взгляд в моменты задумчивости или смеха, малейший жест, полутона голоса. Даже дыхание… Неужели можно всё время, не задумываясь, ждать знакомые шаги – и, даже не услышав их, почувствовать заранее?
Лилия и Индил танцевали, и, хотя ни один из них не мог бы сказать об этом точно, испытывали всё же странное, неуёмное смущение, граничащее с осторожной нежностью. Не желая даже на секунду прервать прикосновений, они делали их такими невесомыми, словно боялись обжечься друг о друга. Взгляды их встречались на секунду, и, вздрагивая, ускользали по шее, волосам и ладоням… но неизменно возвращались, и всё повторялось вновь.
Даже если бы они насколько сумели крепко сжимали друг друга в объятиях, целовали руки и губы друг друга – даже тогда их молодые души и сердца не оказались так близко друг другу, как сейчас, окруженные восхищённым трепетом от осознания истинности обуревавших их чувств.
Круг танца подошёл к концу, пришло время разойтись; легкость их прикосновений обещала сделать незаметным и недолгое прощание. Общее веселье ворвалось в их мир и вовлекло в круговорот движений. Веселые искры загорелись в глазах девушки и молодого эльфа, когда им так несерьёзно пришлось расстаться.
Ни музыка, ни танец не прерывались довольно долгое время, после чего пару минут все, оставшись в тех парах, в которых их застала пауза, немного перевели дух: трое флейтистов сменили музыкантов, что играли с самого начала. Остальные пока отказались от отдыха и остались на возвышении; Финель, воспользовавшись паузой, задал после остальным совершенно иное настроение.
Мелодия осторожно, крадучись набирала силу, и теперь в ней преобладала торжественность, степенность, даже загадочность. Ночь уже вступила в свои права, и всё вокруг освещали лишь разноцветные фонари, редкие костры и целые гирлянды звезд на чёрном небосклоне; а среди этого в подступающей тьме – одинокое торжество цветов, живых голосов и сердец.
