Не дожидаясь ответа, принц быстрым шагом устремился вдоль длинного стеллажа, на котором помимо книг лежали и стояли разнокалиберные свечи, и Лилия только сейчас заметила маленькие изящные вазочки с живыми цветами.
«Нандель и за этим следит?» – с нежностью к скромному эльфу подумала она. Лилия собралась окликнуть Индила. Её волновало его настроение, хотя причину ему она понимала. В этот момент Нандель так внезапно и, как всегда, тихо появился из-за книжных полок, что эльфы едва не столкнулись друг с другом. Индил придержал библиотекаря за плечи, а тот испуганно опустил голову.
Девушка тоже поднялась на ноги, но осталась стоять, опёршись руками о стол. Она не поняла – и не собиралась специально разбирать – что сказали эльфы друг другу. И сказали ли вообще что-нибудь? Вот только Индил скрылся из вида, и, судя по отзвуку шагов, удалился вдоль стеллажей в другую часть зала, а Нандель остался стоять на месте.
После промедления он, осторожно ступая, приблизился к столу.
«Вот оно что» – улыбнулась Лилия, и, уверенно, но скромно, как на наставника, взглянула на эльфа. Индил решил временно сложить свои полномочия – у них ведь, по счастью, был настоящий, опытный учитель, не так ли?
Чтобы Нандель быстрее решился, девушка выдвинула соседний стул, и сама вернулась за стол.
–Что ты хочешь научиться писать для начала? – спросил Нандель, перейдя на её сторону и приблизившись, но не усаживаясь.
–Я думала, нужно писать…буквы? – задрав голову, Лилия озадаченно смотрела на эльфа. Ей показалось, что в выражении лица и голосе его что-то переменилось. Правда, вёл он себя так же, и улыбнулся тихо и сдержано, когда она задала вопрос и взглянула на него.
–Можно и буквы, но это не так интересно. Всё гораздо лучше запоминается, когда сразу складываешь буквы в слова, которые интересны. – Нандель всё-таки сел к столу и взял в руки кисть. – Я буду писать, а ты попробуешь перерисовать. Можем… например, начать с названия цветов, хочешь?
–А имена? Можем?
–Очень хорошо, – искренне, кажется, одобряя её мысль, Нандель коротко улыбнулся. Окунув кисть в плошку, он тихо сказал: – Смотри внимательно.
И написал первое имя.
«Индил»
–Знаешь значение, правда? – спросил он, вкладывая ей в руку кисть; девушка кивнула.
У неё получилось правильно только со второго раза – благо, имя у её любимого друга короткое – хотя, конечно, вышло не так красиво, как у эльфа. На почти белой, матовой поверхности пластины краска застывала за несколько секунд и из древесно-коричневой становилась чёрной. Лилия несколько раз специально пронаблюдала за этим, когда выводила одну букву за другой, а потом потрогала пальцем.
–Можно даже перевернуть – она крепко застывает.
Нандель, демонстрируя верность своих слов, взял пластинку и поставил её сначала на ребро, а потом вовсе положил на стол вниз написанным. Всё действительно осталось в том же виде.
–А как теперь с неё убрать что-нибудь?
И ей сразу же показали, как это просто – Нанделю стоило чуть сильнее надавить и провести пальцем по буквам, и застывшая краска, трескаясь и шурша, как шелуха лука, отошла от пластинки без всякого следа.
–Удобно, – согласилась Лилия, убрав вторую свою попытку и стряхнув чёрные плёнки с пальца на стол.
Они принялись писать имена всех, кого вспоминала девушка. Когда у неё получалось без ошибок, они убирали все неудавшиеся слова, и Лилия записывала новое имя в отдельный столбик, старательно выводя буквы. Это, правда, тоже не всегда получалось с первого раза. Хотя, например, имя Алальме запомнилось сразу – все буквы в его имени оказались очень уж друг на друга похожи и красиво соединялись.
Когда Индил через время вернулся, он застал Нанделя и Лилию над почти полностью исписанной пластинкой. Девушка смеялась, упираясь лбом в деревянную столешницу. Нандель же, держа кисточку в руках, с улыбкой ждал, пока она успокоится.
Заметив приближение Индила, Нандель обратился к нему.
–У нашего командира и вашего друга очень хорошее имя, я никогда не замечал. Сложное.
Индил наклонился, чтобы увидеть пластину. Возле левого края почти аккуратным столбиком были написаны имена: его, Нанделя, Марли, Манеля, Алальме, Финеля, Лизеля… и ещё несколько, а всё остальное место занимало много раз с ошибками написанное имя Эльдалина.
–Мы за него уже шестой раз принимаемся, – с извиняющимся, но в то же время озорным выражением объяснил Нандель.
–Вредный он! – резюмировала Лилия, подняв, наконец, немного покрасневшее от смеха лицо. Она смахнула выступившие на глаза слёзы.
–Ну, я не знаю… может, по частям? – сам едва удерживаясь от смеха, предложил Индил.
У девушки это вызвало новый приступ хохота, а Нандель неспеша принялся убирать всё неудавшееся с пластинки.
–По частям-то получается, – сказал он, зачем-то пытаясь сдерживать улыбку.
Индил сел с ними рядом и стал наблюдать.
Лилия, через полминуты вернув себе серьёзный настрой, внимательно проследила за тем, как имя написал Нандель. Затем, почти после каждой буквы приостанавливаясь и оглядываясь на учителя, вывела сама.
