Индил в это время рассматривал столбец имён. Выглядело всё не то чтобы неаккуратно, но как-то по-детски. Наблюдая теперь за тем, как его подруга, крепко вцепившись в кисточку, выводит буквы, как Нандель просит её, как раньше просил и принца, и его сверстников, следить за тем, чтобы всё слово оставалось на одной линии, Индил почувствовал, как им овладевает чувство безграничной нежности и даже умиления.
Нандель стёр и своё слово, и попытки девушки. Лилия откинулась на спинку стула, обречённо вздохнув.
–Вот сейчас будет не смешно, если я опять ошибусь.
–Да нет, почему же, – пожал плечами Нандель; он не сразу понял, почему Индил, засмеявшись, даже встал из-за стола и отошёл к окну.
–Эй, нечего тут смеяться над учебным процессом! – возмущённо-весело окликнула девушка эльфа.
Решительно взяв в руки кисточку, она осторожно подписала имя Эльдалина последним в столбец.
Нандель пододвинул пластинку к себе и, сдвинув брови, взглянул на слово. Индил тоже подошёл.
–Отлично! Думаю, на этом можно сегодня закончить с письмом.
Нандель улыбнулся и тут же, не говоря больше ничего, тихо поднялся и направился прочь.
–Спасибо! – вдогонку ему хором сказали Индил и Лилия.
Библиотекарь обернулся, улыбнулся, поклонился, и, сконфуженный, поспешил оставить их.
–Точно, он прелесть. Ты как? – обернувшись к Индилу, спросила девушка.
–Ничего, – эльф, вполне довольный, покачал головой. – Что будем делать?
Лилия ещё немного помолчала, вглядываясь в лицо друга, и пожала плечами.
–Можем дочитать. А потом ничего не будем делать.
–Нам вечером на тренировку, – напомнил Индил.
–Вечером, а сейчас ещё даже не обед – улыбнулась девушка его серьёзности.
И они снова сели читать. Середина, описывающая церемонию коронации довольно подробно, оказалась особенно сложной, и её они осилили в три приёма.
Закончив, они немного посидели за столом просто так.
–И что, прямо так и переписывать всё? – озадачилась девушка, глядя на текст баллады, который стал теперь понятным, почти знакомым и оттого был ещё приятнее глазу.
–Если захочешь уметь писать. Нандель прав, он сам нас всех так учил. Переписываешь часть, перечитываешь, убираешь. Дальше пишешь – каждый раз, насколько пластинки хватает. Мы с братом, наверное, вместе с десяток томов так переписали.
Когда Индил сказал это, Лилия снова задумалась над тем, почему он вдруг ушёл, зачем позвал Нанделя вместо себя…. Наверное, Индил так же, как сейчас с ней, читал с братом, а эльф-библиотекарь, тогда такой же тихий, помогал им. Может быть, всё в этой библиотеке было оттуда, из прошлого. Индилу до сих пор тяжело, с отцом, с остальными…без брата. Это видно, правда, очень редко, и Лилия стала понимать его гораздо лучше после того, как Имирин показал ей часть их прошлой жизни.
Они снова перебрались на широкий, нагретый солнцем подоконник, и смотрели на проплывающие мимо облака. Лилия устроилась возле эльфа и мысли её продолжали своё движение. А Нандель – вспоминает ли он так же, как Индил, о том, что было? Как он учил детей, в том числе и принцев, и как всё кончилось. Опять увидев мысленным взором его побледневшее лицо, девушка решила, что, конечно, эльф об этом помнит. Интересно, почему он остался, пришёл сюда?..
Индил расплёл ей косу; расчёсывая пальцами вьющиеся пряди, он то убирал их в какую-то простую причёску, то собирал в хвост. Когда Индил в очередной раз распустил её волосы, и одна прядь упала девушке на лицо, Лилия перехватила его ладони и обняла себя его руками.
Им вдвоём было хорошо и спокойно. Даже волнение и тоска, всерьёз захватившие душу Индила, понемногу затихали, хотя подруга не говорила ни слова.
Нандель… тихо бродит по библиотеке, ухаживает за книгами, читает, расставляет маленькие букетики в вазы. Словно призрак. Тень того, что было раньше.
Лилия оглянулась. Только что она смотрела на напоенное солнцем небо, и потому зал библиотеки показался ей потемневшим и тусклым, как если бы в пасмурную погоду никто не зажёг в залах свечи. Девушке вдруг представилась удивительная картина – длинный стол теперь не пустует, за ним сидят дети. Юные эльфы мало чем отличались от человеческих детей, разве что несколько более ясными и красивыми чертами и заострёнными ушами. Нандель ходил за их спинами, постоянно наклоняясь то к одному, то к другому. Вот он качает головой, мягким движением накрывает своей ладонью маленькую ручку, держащую кисть, и они пишут вместе.
Движения Нанделя спокойны и размеренны, эльф успевает за всеми. Правда, у него обнаруживается помощник. Немного обособленно от остальных, ближе всего к окну, сидит мальчик; на вид заметно младше всех остальных. Зато его брат, сидящий рядом, напротив, среди детей самый старший. Он сам показал всё младшему, и, когда тот принялся выводить слова, поднялся и подошёл к Нанделю, что-то сказав ему. Теперь они вместе наблюдали за детьми и делали исправления.
Девушка отвернулась, снова взглянув наружу.
–Индил, ты скучаешь по брату?
–Не знаю.
–Это как? – Лилия запрокинула голову, ища его взгляда. Эльф неопределённо пожал плечами.
