Ники попятилась и залезла обратно в свою палатку. Секунду спустя Хлоя услышала ее приглушенные рыдания, звуки, к которым она уже почти привыкла. Джош вообще едва ли заметил, что Ники ушла. Его лицо было бледно, на нем читалась гадливость.
– Ну что ж, значит, нам придется сделать это вдвоем, – сказала Хлоя. – Давай помоги мне оттащить его. Джош?
Но он молчал, уставившись на расклеванное месиво, которое прежде было их другом.
Хлоя подалась к нему, чтобы заслонить собой тело Нэйта, и помахала рукой перед его лицом:
– Эй, Джош. Эй.
Секунду спустя глаза парня прояснились, и он наконец увидел ее:
– Извини, что?
– Нам надо прикрыть его, иначе птицы вернутся. Пошли.
Джош кивнул:
– А, ну да. Хорошо.
Они взяли Нэйта за руки выше локтей и оттащили за край поляны, туда, где деревья стояли теснее. Касаться холодной кожи было страшно и противно, и Хлое хотелось одного – помыть ладони щеткой, растереть их до крови. Это было противоестественно – обращаться с мертвыми таким образом.
Найдя подходящее место, они оставили тело и пошли искать камни, набирая столько, сколько могли унести. Минут через двадцать или около того оба решили, что натаскали достаточно, чтобы покрыть ими мертвеца. Нужно сначала обложить тело камнями по краям, а затем навалить сверху оставшиеся камни. Что-то вроде гроба из камней. Древние называли это каирн.
– Вот уж не думал, что мне придется вот так провести первый день летних каникул, – сказал Джош, укладывая камень за камнем на брюхо Нэйта.
– Я тоже.
– Я полагал, что к этому моменту у меня будет небольшое похмелье. Или большое.
– Как и я.
– Я с нетерпением ожидал этого похмелья, – продолжал Джош. – И собирался по-настоящему заработать его. И Ники тоже этого хотела.
Хлоя продолжала укладывать камни, не поднимая головы:
– Думаю, мы все собирались его заработать.
– Знаешь, она совсем не такая крутая, как вы думаете, – добавил Джош. – Ей нравится изображать жесткость, но она совсем не такая. Ники впечатлительна. Вся эта жесткость, вся эта крутость – это только личина.
От его слов Хлоя ощутила легкое раздражение, тем более что он был прав.
– Да, Джош, – ответила она, подавив недовольные нотки. – Ведь мы знаем Ники с начальной школы.
– Я и не говорю, что не знаете. Я просто хочу сказать, что, возможно, я вижу такие части ее натуры, которых вы не видите.
– Ты хочешь сказать, что знаешь ее лучше, чем мы? Лучше, чем я?
– Нет-нет, я имел в виду совсем не это. Я просто говорю, что это паршивая ситуация…
– Для всех нас.
– Что?
– Это паршивая ситуация для всех нас, Джош. А не только для тебя и не только для нее. Для всех.
– Да, конечно. Я просто хотел…
– Я знаю, что ты хочешь сказать, – устало перебила его Хлоя. – Но сделай милость, оставь эту хрень. Нам ни к чему, чтобы ко всей этой куче дерьма прибавилось новое.
Джош закрыл рот, и они продолжили молча обкладывать камнями тело Нэйта.
– Прости, – сказал он наконец. – Я не хотел вести себя как придурок. Я просто… Я беспокоюсь за нее, ты меня понимаешь? Она мне правда очень дорога. Я люблю ее. И хочу сделать так, чтобы с ней все было в порядке.
Хлоя положила еще один камень, затем еще один:
– Ты тоже ей дорог. И если ты можешь помочь ей меньше бояться, то дай тебе Бог.
Джош слегка покраснел:
– Да, я знаю.
Хлоя искоса посмотрела на него:
– Но тебе надо перестать молоть чушь и говорить нам всякую лабуду. Ты общаешься с нами несколько месяцев, ты нравишься мне, и я не вру, Джош, но это не дает тебе такого права. Я рада, что ты заботишься о Ники, но сейчас неподходящее время для того, чтобы говорить о том, кто кому дорог. Мы все стоим на одной стороне, по крайней мере до тех пор, пока не выберемся из Пайн-Бэрренс.
– Да, конечно, – ответил Джош. – Само собой.
– Хороший ответ.
Им не пришлось потратить много времени, чтобы завершить возведение каирна. Он получился высотой с Хлою. Пока что хватит и этого, и это точно не позволит воронам добраться до тела Нэйта. Хлоя не была уверена, что до него не доберутся более крупные обитатели леса, но она не знала, какие звери здесь водятся. Есть ли в Пайн-Бэрренс койоты? А волки? А медведи?
Когда они возвратились в лагерь, Ники сидела возле углубления для костра, опустив голову на колени. Хлоя переглянулась с Джошем, и он кивком показал на их общую с Ники палатку.
–
Джош залез в палатку, чтобы переодеться, а Хлоя подошла к Ники и остановилась рядом, глядя на ее затылок и огненно-рыжие волосы, рассыпавшиеся по плечам:
– Привет, Ники.
– И тебе привет, – ответила Ники, голос ее был глух и безжизнен.
– Как ты? В порядке?
Ники повернулась и уставилась на Хлою заплаканными темными глазами:
– Нет, не в порядке. А ты?
Хлоя покачала головой:
– Думаю, я тоже.
– Вот и отлично. Я рада, что мы выяснили этот вопрос. – Ники убрала волосы назад и показала рукой на то место, где лежало тело. – Что вы сделали с… с ним?
– Мы оттащили его в чащу и похоронили.
– Но у вас же нет лопаты, – сказала Ники.
