Впрочем, заявившееся на полянку чудище тоже особо не смущалось. Раскрыв гигантскую пасть, оно громогласно гавкнуло и кинулось на заблудней. Те не заставили себя ждать — ринулись навстречу. Белка на полном скаку сшиблась с адской легавой грудь в грудь, будучи легче, отлетела в сторону, перекатилась, визжа, в пыли…
Стрелок подскочил вторым.
Оба зверя, волк и адская собака, вскинулись на дыбы, схлестнулись, упали сцепившись и покатились по двору бешено рычащим клубком. Спустя мгновение в драку снова вступила Белка…
Санька застыла на несколько секунд, огорошенная происходящим.
— Мама, сделай что-нибудь! Помоги им! — Альбинкин перепуганный голосок вывел из ступора.
Дочка так и не закрыла дверь и теперь наблюдала из-за нее за происходящим, округлив глаза…
Посох со свистом рассек воздух, готовясь опуститься на хребет жуткой псины, рвущей ухо несчастному Стрелку, но прикоснуться к черному хребту не успел — с кристалла в навершии сорвался пучок белых молний и прошил насквозь напавшего на заблудней монстра. На секунду его тело подсветилось изнутри, став полупрозрачным, как рентгеновский снимок, а потом ком из сражающихся животных резко распался. Волки отскочили в одну сторону, «собака Баскервилей» отпрыгнула в другую, закрутилась на месте, щелкая мощными челюстями и пуская изо рта дым, после чего, скуля и воя, бросилась прочь с места битвы.
Вдали — по Санькиным прикидкам прилично за озером — загробно и глухо пропел рог. Далеким эхом раскатился лай еще нескольких собак.
Где-то там шла охота.
Звуки постепенно удалились и растворились в шорохе леса.
Все дальше и дальше на северо-запад удалялся рог, пока звук его окончательно не стих…
Волки подошли, виляя хвостами, сели у ног. Из их ран, полученных в бою, текла не кровь, а что-то прозрачное, чуть желтоватое, клейкое и липкое похожее то ли на древесную смолу, то ли на березовый сок.
Санька с осторожностью направила посох на рваное ухо Стрелка. Перекушенное монстром, оно жалкой тряпочкой свешивалось набок. С навершия посоха сорвалась тонкая струйки зеленых магических искр, осыпалась на рану блестящей пудрой, и под ней тут же стало заживать…
Альбинка, осмелев, выбралась на ступени, помахала кулаком вслед сбежавшему псу-монстру.
— Ух, мы тебе! Только сунься сюда, мама тебе покажет! Мама тебя магическим посохом побьет!
— Не побьет, а заколдует… так, кстати, почему ты не ушла в дом, Аль? А если бы что-то пошло не так? — пожурила дочку Санька. — Впредь слушайся меня, пожалуйста, в подобных ситуациях…
Столкнувшись с новой напастью, Санька не стала больше тянуть и связалась с Ярой. Кристалл в навершии посоха, подкрепленный магией волшебного договора, и как передатчик сработал исправно. Связь с начальством настроилась быстро. Жаль, выяснилось, что для долгих разговоров этот способ не пригоден.
Яра обещала быть к вечеру, а там уж и поговорить.
Слово свое она сдержала.
До приезда ведьмы Санька вела себя крайне осторожно, прислушивалась к каждому звуку. Она постоянно поглядывала на заблудней — не беспокоятся ли? Иногда ей мерещился вдалеке за озером то вой рога, то песий лай…
То даже человеческая речь…
Один раз лай раздался отчетливо и близко, но, к счастью, это оказалась лишь озорная сойка.
Во время работы в оранжерее нашлась поспевшая золотистобокая тыква. Санька срезала ее, чтобы приготовить на обед. Вспомнился горячо любимый дочкой рецепт тыквенного крема со сливками и сахаром. Простое и вкусное лакомство: варишь очищенные дольки тыквы, а потом взбиваешь их в блендере со сливками и сахарным песком до консистенции густой пены.
Интересно, самобранка такое умеет?
Вот только сливок нет…
В итоге Санька и волшебная скатерть сошлись на прозаичных тыквенных оладьях.
Тоже вкусно.
Немного оставили Яре.
Ведьма явилась перед самыми сумерками, усталая и загруженная. Санька чуть ли не с порога рассказала ей о нападении жуткого пса и про охоту, звучавшую вдалеке.
— Что тут вообще происходит?
— Браконьеры, — мрачнея, ответила Яра. — Вот же проклятье! Их еще не хватало… Собака, говоришь, к самому дому подошла?
— Вот здесь стояла. Как ты сейчас передо мной стоишь. — Санька указала под ноги Яриной лошади, к поводу которой уже тянула руки Альбинка. — И собакой эту жуткую тварь я бы с большой натяжкой назвала…
— Дважды проклятье! — Ведьма зло закусила нижнюю губу. — Зачарована была твоя собака… А пес-монстр под сильными чарами может быть лишь у тиранийцев, это их отличительный знак. Все указывает на то, что браконьеры из соседней Тирании уже воткнули зубы в этот лес. Одного не пойму: почему ты услышала их рог на северо-западе…
— А где должна была? — поинтересовалась сбитая с толку Санька.
— Ближе к югу, — раздалось в ответ. — А на северо-западе отсюда лежат земли герцогства Корн. Там тиранийских браконьеров не любят, гоняют обычно.
— Понятно, — закивала Санька, хотя на самом деле было не так уж понятно. Поэтому она уточнила: — Как мне теперь быть с безопасностью дома, если на его территорию проникают все, кому не лень?
