— Это ты преувеличиваешь, — успокоила лешую Яра. — Далеко-о-о-о не все. Я не учла того, что ты с магией еще пока «на ты». Листвяна-то сама поддерживала на лесном подворье волшебную маскировку. После ее исчезновения эта магия здорово поослабла, но ничего, я займусь починкой и создам для тебя такой мощный морок, через который ни одна даже самая въедливая собака не проскочит…
Ведьма незамедлительно взялась за работу.
Творя руками замысловатые пассы, она последовательно обошла жилые постройки по периметру, после чего облегченно выдохнула:
— Теперь другое дело. Здорово, правда, получилось?
— Спасибо. Отлично просто! — закивала Санька, напустив во взгляд понимания.
На самом деле вокруг ничего визуально не изменилось. Лишь только, если приглядываться во все глаза. Да и то стоя не по солнцу. Вот тогда можно было уловить чуть заметное подрагивание воздуха там, где начиналась лесная граница.
— Я искала ее. Листвяну, — ответила вдруг Яра на незаданный еще вопрос. — По участкам соседних леших ездила, выспрашивала, выглядывала, вынюхивала… Ничего.
— Как жаль. Будем надеяться, что она все-таки найдется и будет в хотя бы относительном порядке, — искренне переживала за судьбу предшественницы Санька. Потом спросила о важном: — Если браконьеры вновь заявится в лес, что мне делать?
— Сообщать мне и бороться самой, — донеслось в ответ.
— Как бороться?
— Всеми доступными для лешей средствами. Боевую магию посоха ты, по твоим словам, уже опробовала.
— Немного, — смутилась Санька. — Скорее даже это получилось само собой.
— Неважно, как получилось, значимо лишь то, что ты прочувствовала боевое колдовство. Теперь могу с уверенностью сказать, что ты сумеешь повторить защитный удар молнией в любой момент.
Санька выдохнула:
— Буду пытаться.
— Ну, мне пора, — сообщила Яра, обратившись после этого к Альбинке: — Давай. Пару маленьких кружков проехаться успеем по поляне. Забирайся в седло…
Когда ведьма уехала, Санька с Альбинкой отправились в оранжерею.
На этот раз дочка уговорила воспользоваться лодочкой и не идти пешком в обход. Санька согласилась.
Они погрузились, и маленькое суденышко, движимое парой коротких весел, поплыло по темной глади.
Вдоль извилистого берега вздыбленной гривой росли тростники и камыши. Круглые розетки рогульника набирали по краям зеленых листьев густую красноту. Стрелолисты цвели белыми россыпями трехлепестковых легких цветов. Ряска, как изумрудное букле, затягивала воду рваным покрывалом. Из-под него с любопытством глядели на плывущих золотые и медные глаза лягушек.
Глазунчик, которого взяли с собой, сидел на краю лодки, крепко вцепившись когтями в борт, и внимательно наблюдал за резвящимися поодаль мальками.
В оранжерее работы — непочатый край. В одном из ящиков, который Санька не заметила прежде, нашлись бумажные свертки с семенами. К ним прилагались какие-то зелья, про которые Санька чуть позже вычитала в Листвянином журнале. Они были нужны для ускорения всхожести.
Кстати говоря, Санька и свой журнал успела завести. Обнаружила на полке чистую тетрадь и поняла: без записей ей с лесом не справиться. Вести дневник — дело полезное. Она аккуратно вывела на первой страничке дату. Из-за врожденной дисграфии писала Санька всегда медленно, потому как очень боялась перепутать слоги в словах. Обычно это получалось само собой, стоило только на миг задуматься или отвлечься. Поэтому писать приходилось сосредоточенно, не спеша, проговаривая про себя каждую букву и тут же перечитывая написанное. Наконец первая страница журнала-дневника была заполнена записями. Санька перечислила растения из оранжереи и описала их состояние на данный момент. Особое внимание уделила саженцу волшебного ясеня. Он чувствовал себя неплохо, набрал почки для новых листочков.
Отыскав в домке плетеную сумку через плечо, Санька сложила в нее тетрадь и грифельный карандаш. Взяла с собой. Кроме карандаша в доме ей попалось нечто, похожее на знакомую по родному миру шариковую ручку, но, к сожалению, чернила внутри засохли, и писать ею не получилось…
Прохладное утро переросло в жаркий день. Вскоре в оранжерее стало жарко, как в парилке. Даже разбитые секции, пропускающие внутрь легкие дуновения ветерка, не спасали от зноя.
— Мам, пойдем купаться? — предложила Альбинка.
— Пойдем, — согласилась Санька.
Они спустились к большому озеру, выкупались и растянулись на песке.
— Мам, а скоро лето закончится? — неожиданно спросила Альбинка, раскапывая пальцами ног ямки в песке.
— Не скоро. А что?
— Я ж в школу пойду.
— Ну, да…
— А в какую?
— Пока не знаю, Аль.
Мысль о школе уже приходила, но Санька откладывала ее на потом — проблем хватало и так.
— Давай у тети ведьмы про школу спросим?
А что, идея верная.
— Обязательно спросим, — пообещала Санька. — Не переживай. Без учебы не останешься.
— А курсы? — снова принялась расспрашивать Альбинка.
— Что курсы?
— Подойдут ли они?
