Единорожица склонилась к девочке, слизнула лакомство, после чего резко вскинула голову и, прислушиваясь, посмотрела в сторону чащи.
Санька тоже прислушалась — вроде бы ничего такого…
Хотя нет!
Двое синхронно дышат. Бегут.
Заблудни! Вынырнули из белизны и, виляя хвостами, закрутились у ног.
Единорожица недовольно фыркнула на волков, тряхнула гривой и, грациозно развернувшись, исчезла в тумане. Что-то подсказывало, что уйти ее заставили не волки.
Стрелок первым подбежал к двери в домик, трусливо поцарапал ее лапой.
— Что, опять боишься? — пожурила его Санька. — Ладно, заходи. Только тихо, чур. Все зайдем — и сразу спать. Давай, Аль. Ты тоже.
Она потянула дочку за руку внутрь.
Дверь надежно заперли. Разместились. Заблудни улеглись кто за креслом, кто под кроватью. Альбинка радовалась такому соседству, а Санька всеми силами пыталась не выказывать беспокойства.
Выходит, снова к ним эта «рысь-поле» пожалует. Что ж ей надо-то? Заблудней? Вряд ли их…
Приближение ночной гостьи Санька буквально почувствовала нутром. Еще издалека. Ощутила, как проминается мох под тяжелыми и одновременно такими бесшумными лапами, как еловые ветви цепляют пушистый мех, как катаются мышцы под рыже-пятнистой шкурой.
— Мама! — вскрикнула вдруг Альбинка. — Там в окошко кто-то смотрит.
— Где? — Санька метнулась к окну, но успела заметить лишь быструю тень, нырнувшую в туман. — Кто там был-то?
— Тетя какая-то страшная.
— Тетя? Ладно… Испугалась, Аль? Я сейчас окно занавеской закрою, никто больше беспокоить не будет. Никакие тети.
— Я не испугалась, — обиженно пробурчала дочка. — Она страшная, потому что бледная… Эта тетя… А еще она очень грустная. Ей, наверное, нужно помочь.
— Дитя не спи-и-ит… — поддержали Альбинку из-под двери. — Пить, есть проси-и-ит…
Знакомый уже загробный голос просочился сквозь щели в дом и вверг в оцепенение бедных заблудней.
— Что там у тебя за дитя? — Санька присела у входа. — Покажешь мне? Я сейчас выйду. Только без глупостей давай. Хорошо? Я — лешая. И посох у меня волшебный имеется.
В ответ раздалось недовольное шипение:
— Не спит, не спи-и-ит… Забрать вели-и-ит…
— Ладно. Открываю. Выхожу, — тоном крутой полицейской из зарубежного сериала произнесла Санька и на свой страх и риск отперла дверь.
Картина ее взгляду предстала престранная.
С антрацитовых небес падал на половицы терраски лунный луч, и в свете его, укрытое космами тумана, как шалью, восседало очередное невероятное создание.
Рысь с женским лицом.
Лесная мать.
Арысь-поле…
Магические искры перебегали по рыжеватой в пятнах шерсти. Блестели на бледном лице огромные темные глаза. Пушистые бока чуть заметно двигались от дыхания.
— Дитя-а-а… — таинственным шепотом произнесло существо, плавно отступило в сторону и мягко подтолкнуло к Саньке какой-то небольшой сверток. — Пить, е-е-есть…
— Что это? — Санька настороженно шагнула вперед, на всякий случай посох перед собой выставила.
— Дитя-а-а… — Арысь-поле отступила в туман. Прошелестела оттуда: — Не бойся-а-а-а…
— Я не боюсь, — строго сообщила ей Санька, и это было почти правдой.
Отчасти.
Страх перед неизвестностью еще жил в глубине души, но уверенность, подкрепленная Яриными обещаниями того, что лесные создания леших не трогают, придала сил.
— Возьми-и-и-и… Пить, есть… надо…
Санька присела рядом со свертком, попыталась развернуть его одной рукой. Не получилось. Тугой узелок стягивал четыре конца белой пеленки.
Что же там внутри?
Санька положила посох на пол и обеими руками принялась быстро-быстро развязывать. Наконец получилось справиться с узлом. Сверток распался, словно распустился цветок.
В центре его лежал младенец.
Санька вскрикнула от неожиданности.
— Что это значит? Чей это ребенок? — обратилась возмущенно к женщине-рыси. — Твой?
— Не-е-ет… Чужое дитя-а-а-а… Пропащее дитя-а-а-а… Одинокое в этом лесу-у-у…
— Где ты нашла его? Как оно сюда попало?
— Злые люди гнали-и-ись…
Арысь-поле развернулась, кивнула многозначительно благородной головой и бесшумно удалилась во мглу.
— Эй! Подожди! Куда…
Санька осталась один на один с незнакомым младенцем в наползающем со всех сторон тумане.
Подобрав посох и внезапный полуночный «подарок», она вернулась в домик и заперла дверь.
Заблудни, учуяв ребенка, вылезли из своих укрытий и принялись с любопытством обнюхивать сверток в Санькиных руках. Они поднимались на задние лапы, совали в пеленки носы и дружелюбно виляли хвостами.
— Ну, хватит! Все! Кыш! — отогнала их Санька.
С каждой секундой ее все сильнее накрывала абсолютная растерянность, постепенно переходящая в панику.
Ребенок!
У нее на руках крошечный младенец. Непонятно чей. Брошенный или потерянный кем-то в глухом лесу. Или оставленный специально?
И что делать теперь?
Будь она в своем мире, позвонила бы в службу спасения на горячую линию, а здесь как в подобных случаях себя ведут? Куда обращаются? Куда бегут за помощью?
— Ма-а-ам? — почуяла неладное Альбинка, села на кровати и с любопытством посмотрела на сверток в Санькиных руках. — Что это? Это тетя-рысь дала?
— Да.
Санька аккуратно положила младенца на стол.
— Что там завернуто? — продолжила расспросы Альбинка.
