Даже невозмутимый Биргер воскликнул от неожиданности:
— Ничего себе!
— Да ладно… — Не поверив своим глазам, Санька кончиком ногтя тронула один из камешков. Он чуть заметно качнулся. Ниточка корешка прочно держала его. — И правда, растут… — Она пораженно взглянула на остальных. — Выходит, это Древо камни создавало? А тиранийцы его…
— … сгубили из-за этих же камней. Глупцы, — закончил фразу маг.
Нежное деревце вместе с камнями перекочевало в новую емкость, было полито, подвязано и убрано с яркого солнца в тень. После пересадки саженцу полагалось хорошенько отдохнуть.
Саньке тоже.
Но душу охватила такая жажда деятельности, что остановиться было уже невозможно.
Узнав секрет Древа, Санька сияла, как начищена монета. Альбинка радовалась новому волшебству, а Биргер смотрел на это все неоднозначно.
– Что тебя беспокоит? — спросила лешая. — Теперь все будет хорошо. Расскажу Королеве про камни и про то, откуда они берутся…
– Боюсь, министр и его тиранийские друзья сделают все, чтобы не допустить этого. Лес все еще в опасности. И мы.
Санька задумалась. Маг прав. Мнимый покой, подаривший надежду на хороший исход — лишь затишье перед бурей. Теперь враги знают про Биргера и малышку. Сил у них много — значит, придут, если понадобится, целой армией…
Надо думать, как защитить лес и семью.
Нужно обязательно что-то придумать.
Для начала Санька решила связаться с другими лешими, сбежавшими с рокового собрания. Шанья первая отозвалась. Обрадовалась:
– Я думала, тебя поймали… — скрипуче произнесла через кристалл. Связь обрывалась, искажала голоса и порождала эхо. — Ты как?
– Ничего… На мой участок напали в мое отсутствие… — морщась от бьющего по ушам эха, сообщила Санька.
– У меня выжгли деревья по границе. Хорошо, что лес пересекает балка с ручьем, она закрыла путь огню… Я связалась с Рами. К ней тоже приходили… — проскрипело в ответ.
Договорить они не успели — кристалл заискрился и потух.
– Что с ним такое? — разочарованно спросила у Биргера Санька.
– Кристалл пытаются разрушить издали маги министра. Чтобы лешие не смогли общаться друг с другом, — прозвучало в ответ.
– Хотят разделить нас, — Санька сжала кулаки. — Вот как.
Это новость оказалась не самой плохой. Спустя полчаса в кухню, где сидели Биргер и Санька заглянула взволнованная Альбинка и затянула до боли знакомое:
– Ма-а-ам, у меня тут кое-кто есть. Можно я его себе оставлю?
Решив, что дочка раздобыла очередного невероятного питомца, Санька приготовилась к худшему. Кто там может быть? Дракон? Мамонт? Гидра болотная?
Увидев в руках девочки что-то маленькое, сизо-серое, Санька выдохнула и согласилась сходу:
– Оставь, доченька… Это голубь, да?
– Голубь? — Биргер насторожился. — Дай-ка его сюда. — Птичка перекочевала магу в руки. — А я-то думаю, откуда чужой магией фонит? Это почтовый… — Он сделал легкий пасс, и от красной птичьей лапки отделился незаметный прежде маленький тубус. Биргер открыл его, вытряс Саньке на ладонь записку. — Держи.
Записка была от Яры.
Она гласила: «Здравствуй, Саша. Министр узнал, что ты прячешь у себя наследницу Корна. А еще он меня оклеветал, и меня обвинили в хищении королевских денег, полученных на возведение барьера вокруг твоего участка. Министр дал наемникам свой мастер-ключ, чтобы они могли пробраться в лес беспрепятственно — это будет его доказательством против меня в суде. Еще он решил взяться за леших, поэтому я на свой страх и риск закрыла всю внешнюю магическую связь через брошки. Теперь общаться с помощью лешачьих изумрудов сможете только вы, лешие. Даже я не смогу с вами больше по ней разговаривать. Будь крайне осторожна. Я не смогу тебе помочь теперь. Не рискуй лишний раз. Забирай семью и уходи. Лес уже не спасти. Спаси хотя бы себя и своих…» — дальше неразборчиво.
Санька нахмурилась, понурила голову.
Яра, всегда такая сильная и уверенная в себе, просит ее оставить лес? Значит, надежды нет?
Злая слеза скатилась по щеке. Санька вспомнила тот день, когда, побитая Андреем, судорожно собирала жалкие пожитки, перед тем, как прыгнуть в одолженный доброй соседкой «уазик» и помчаться, куда глядят глаза. Сбежать прочь.
Сбежать…
Неужели, только на это она и годна?
Санька хмуро оглядела утоптанный пол кухни в желтых хвоинках, в прозрачных камешках, в кусочках нанесенной ветром листвы. За откинутым пологом лес зеленел, а небо, по-осеннему высокое и голубое, было особенно чистым.
«Мы всего лишь лешие. Только и можем — сажать растения и выращивать их», — произнес в голове знакомый голос. Кажется, так сказали близнецы, перед тем, как этаж гостиницы заполнили непролазные тернии.
Значит, не все потеряно — и лешие на многое способны. Нет, она не сбежит второй раз, пока не попытается сделать хоть что-нибудь. Пока не попробует еще разок хоть как-то разрешить ситуацию. Пока не убедится, что исчерпаны все средства.
Альбинка в нее верит. Для нее мама — самая крутая и непобедимая. Дочке здесь нравится. Им всем здесь хорошо.
Санька свернула ведьмину записку и убрала в нагрудный карман.
– Я еще поборюсь за наш лес, Яра. Я так быстро не сдамся, и не проси, — сказала самой себе.
