- Хорошо. Будем откровенны. Мирна, мне тридцать восемь. Тебе тридцать два. Да, я успел побывать в академии, где и ознакомился с твоими данными. В семье я младший сын, который занимается не совсем подходящим для семьи делом. А потому могу позволить себе сочетаться законным браком с той, которую выберу сам. Когда я впервые тебя увидел, я злился на тебя, почему ты позволяла школярам издеваться над собой. Я не только ругался со школярами, чтобы они тебя не трогали, не задевали, но и с трудом удерживался, чтобы не накричать на тебя. Потом я понял, что твоя внешняя кротость не значила, что ты беспомощна. Понял, естественно, тогда, когда случилось нападение на крепость. Такой силы духа от тебя я не ожидал. И с каждым днём я всё больше понимал, что хочу, чтобы ты всегда была рядом.
Он замолчал, всматриваясь в её глаза.
А Мирна была ошеломлена. До сих пор она принимала все знаки внимания от старшего мага, как дружеское расположение их друг к другу – из-за ужасной ситуации. Но теперь, после слов Мстислава, она вспоминала всё, что с ними было, иначе…
Но их положение в обществе!..
Как будто услышав крик её души, Мстислав договорил:
- Я остановился здесь ненадолго, как и Олег Палыч. Кстати, он знает о моих… личных намерениях. Мы собирались поискать в здешнем магическом обществе тех, кто согласился бы восполнить наши потери в магах – Ингвара и Алексея. И вернуться на место работы уже через неделю-другую. Решай, Мирна. Я предлагаю тебе руку и сердце. И собираюсь ехать в крепость женатым человеком.
После недолгого молчания ведьма в смятении отозвалась:
- Всё слишком быстро, Мстислав…
- Чтобы не смущать тебя, могу предложить такой вариант: завтра мы идём задокументировать наши отношения, но я не буду настаивать на исполнении супружеских обязанностей, пока ты… Ты понимаешь.
- Понимаю, - прошептала ведьма. – Но…
Мстислав улыбнулся.
- Мы привыкнем, - пообещал он. – Мы будем постоянно вместе. Ты видишь мир не так, как я. Я вижу мир так, как ты начинаешь видеть. Я помогу тебе – если не стать магом, то хотя бы приблизиться к сути его магического видения.
- Подумать… - прошептала она, потому что голос пропал.
Он встал и подошёл к стене с доской, где висел её плащ. Оглянулся на узкую печь и снял с верёвки своё пальто. Оделся и обернулся к ведьме, которая встала из-за стола, чтобы проводить его.
Они одновременно шагнули друг к другу. Мирна растерялась от этого движения, зато Мстислав довольно улыбнулся и немедленно приник к её губам. Она вдруг вспомнила, что он часто обнимал её, объясняя этот жест необходимым для дела. И быстро шагнула ещё, чтобы прижаться к нему, оказаться в его объятиях. Его холодное пальто постепенно согрелось, пока Мстислав прижимал её к себе и бережно целовал её, и она чувствовала себя расцветающим в его руках цветком. Расцветающим от его ласки и нежности, расцветающим от изумления: вот этот высокий мужчина-аристократ хочет… необыкновенного – и она ему… верит?! И с трудом удерживала слёзы от его мягких прикосновений к её лицу, из-за которых она становилась слабой и чувственной настолько, что сама не заметила: целовал уже не только он… Мирна ответно целовала Мстислава, ужасаясь сама себе, всё ещё почти не веря, но продолжая ловить губами его настойчивые горячие губы… А потом он обнял её, чтобы замереть и только слушать дыхание обоих, и она затаилась на его груди, пытаясь осознать, что завтра они станут неразделимыми… Парой…
Олегу Палычу пришлось в одиночку заниматься доукомплектацией трагически поредевшей группы крепостных магов.
Мстислав и Мирна зарегистрировали свой брак здесь же, в городе, чужом для обоих, косвенно связанном разве что с работой. Но обвенчаться Мстислав увёз жену в родовое имение родителей. Неподалёку от поместья располагалась деревня, ранее принадлежавшая князьям Белославским, а в ней высилась громадная и великолепная церковь. В богатом княжеском доме, больше похожем на замок, Мстислав и Мирна собирались прожить неделю. Но маг не выдержал первым. Мирна-то, привыкшая к негативному общению с школярами, терпеливо переносила презрительное отношение к себе его родителей и его семейных старших братьев и младшей сестры. А Мстислав вспыхивал мгновенно, едва ощущал или напрямую видел брезгливые взгляды на свою жену. Так что, обвенчавшись в ссемейной церкви, пара уже через три дня покинула поместье.
Когда карета уносила их к железнодорожному вокзалу, Мстислав лишь раз оглянулся на «замок» и мрачно выдавил из себя:
- Не думал, что они настолько снобы.
- Но это и правда трудно принять, - возразила она.
- Но почему ты это понимаешь, а они – нет? – буркнул он.
- Потому что я… люблю, - тихонько ответила она, и радостно изумлённый Мстислав забыл обо всём, что вызывало в нём горечь и неприятие.