Лето, когда мы пропали полностью

– Между мной и Люком ничего не происходит. Господи боже, Грейди. Я говорю, что Дэнни пропал, а ты занимаешься какой-то ерундой. Если ты не собираешься помогать мне его искать, возвращайся тогда к своему кавалеру.

Я ухожу, но через секунду он меня дого- няет.

– Ты уверена, что он не уехал домой?

Я закатываю глаза.

– Уверена.

– Может, нам всех разбудить?

Я кусаю губу. Возможно, у его исчезновения есть вполне разумное объяснение. Если я всех разбужу, мне, вероятно, придется всем объяснить, что произошло, а Дэнни бы этого не хотел. Вернее, может, и хотел бы, но это должен быть его выбор, а не мой.

– Нет, пока не надо.

Я оставляю Грейди и иду дальше, но в пять утра, когда небо из угольно-черного окрашивается в фиолетовый, становится ясно видно, что пляж совершенно пуст.

Я возвращаюсь в дом и молюсь о том, чтобы увидеть Дэнни, свернувшегося калачиком на кровати и разгневанного на меня, но в комнате пусто. Мне нужен Люк.

Я стучусь к нему, но не слышу ответа, поэтому открываю дверь, приготовившись увидеть его с какой-нибудь девушкой. Он один, слава богу, растянулся лицом вниз и накрыл голову подушкой, голый выше пояса.

– Люк, – шепчу я, кладя руку ему на плечо.

Он стягивает подушку с головы и поворачивается ко мне, все еще полусонный.

– Джулиет? – хрипло спрашивает он и переворачивается, чтобы сесть. – Что случилось?

– Ты видел Дэнни? Он так и не вернулся в нашу комнату, и в доме его тоже нет.

Его ноздри раздуваются, и я ясно могу прочитать его мысли: «Я тебя люблю, а ты просишь моей помощи, чтобы найти твоего пропавшего парня?» Он трет рукой лицо.

– Ты пыталась ему позвонить?

– Не отвечает.

Со временем мне обязательно нужно будет рассказать ему о ссоре и обо всем, что знает Дэнни, но внезапно появляется ощущение, что все это очень… серьезно.

Он смотрит на часы и поворачивается в сторону пляжа.

– Погода улучшилась? Может, он решил начать пораньше?

Я качаю головой.

– Люк, – шепчу я, и голос срывается, – я ищу его с трех часов. Мне страшно.

Я вижу, как на его лице появляется нечто, похожее на беспокойство.

– Черт. Ладно.

Он идет к соседней двери будить Харрисона. Через пару минут весь дом приходит в движение.

– Черт, вы решили встать пораньше, – ворчит Лиам, выходя из комнаты в одних шортах, за ним его девушка.

Он видит, что мы толпой стоим в холле, и останавливается.

– Кто умер?

Сердце сжимается – не знаю, это суеверие… или предчувствие.

– Дэнни пропал, – отвечаю я. – Он так и не вернулся в комнату.

Девушка Лиама хмурится.

– Я слышала, как он на кого-то орал прошлой ночью снаружи. С кем он мог ругаться?

Они смотрят друг на друга, на пол… на что угодно, только не на Люка. Он спорил с Дэнни у них на глазах. Он желает того, что принадлежит Дэнни. Они все уверены, что это был Люк.

Харрисон кладет руку мне на плечо.

– Я уверен, с ним все в порядке. Мы все выпивали. Он, наверное, просто отключился не в том месте.

Если бы он знал, что Дэнни видел… он бы все равно так сказал? Или предложил бы вызвать полицию? Я сейчас думаю именно об этом.

– Джулиет уже проверила пляж, но может, нам лучше посмотреть там еще раз? – предлагает Люк.

Лиам начинает обуваться.

– Я пойду на вершину утеса. Оттуда лучше видно.

Калеб и Бэк уходят с ним, пока все остальные ищут на пляже.

«Помоги, помоги», – молю я Бога, прекрасно понимая, что это бесполезно.

Просите, и дано будет вам? Я годами прошу, но Бог и гребаным пальцем ради меня не пошевелил. Я прошу и прошу, но сейчас это важно как никогда, это касается человека, намного более достойного внимания Бога, чем я, и все, что я получаю, черт возьми, – молчание.

Мы бредем по песку, и я застываю на месте при виде отблеска чего-то желто-белого в воде.

– Люк, – говорит Харрисон, – это не твоя доска?

Мы не верим своим глазам.

Половина любимой доски Люка спокойно покачивается на воде, застряв в камнях. У меня резко сжимается желудок, будто какая-то более мудрая часть уже знает, что сейчас нам откроется.

– Да, – хрипло отвечает Люк. – Похоже, она.

– Он бы не стал пробовать, – бормочет Харрисон. – Так ведь? Он сам вчера выступал против этого. И никому бы не удалось сделать это в темноте.

Пусть этому будет другое объяснение. Любое другое объяснение.

Взгляд Люка встречается с моим.

– Думаю, нужно вызвать полицию.

В любую минуту сюда может выйти Дэнни, зевая и гадая, из-за чего весь сыр-бор. Но я киваю – руки трясутся так сильно, что мне приходится передать телефон Харрисону.

Я отхожу, пока он с ними разговаривает. Затем поворачиваюсь и вижу, как Калеб спускается с утеса с ботинками Дэнни в руке.

Шок настолько сильный, что я оседаю на песок, ошеломленная и оглушенная. Парни с выпученными глазами говорят о чем-то, чего я не слышу.

Дэнни прыгнул с доской Люка. В темноте. Он, вероятно, даже не видел, где приземлялся. Шанса выжить у него почти не было, даже если бы доска не сломалась.

Но она сломалась.