Тр-р-р! Стрекоза трещала крыльями, пытаясь взлететь. На её длинном хвосте стояла чёрная когтистая лапа.
– Её ищешь? – соседский чёрный кот кивнул на стрекозу и убрал лапу. – Ой, улетела!
«Почему я не стрекоза?» – тоскливо подумал Пармезанов.
– Ну и что же ты не пришёл? Я тебя полночи ждал. Наверное, был очень занят? Вижу, ёжиков на лодке катаешь. – Ехидный голос не предвещал ничего хорошего.
– Они чуть не утонули, я их спас.
– Не смеши! Никто бы не утонул. Ежи, как и все звери, умеют плавать. Просто воды боятся. И не только они, – презрительно фыркнул чёрный кот и передразнил: – Миу-миу-миу!
«Он всё видел. Сидел тут и хихикал. Какой же он противный!» – Пармезанов прижал уши и исподлобья посмотрел на обидчика.
– Оу! – обрадовался чёрный кот. – Так ты подраться решил? Ну наконец-то. – И шагнул вперёд.
Пармезанов попятился и вывалился из зарослей на лужайку. Чёрный кот вышел за ним. Поглядел исподлобья и завыл:
– Ми-я-я-у-у-у!
– Миу! – попытался ответить Пармезанов, но вышло неубедительно. Повторить он не решился.
– Мря-у-у! – глухо проворчал противник. Проворчал так, что в животе у Пармезанова похолодело.
А чёрный кот обходил его по кругу и становился всё больше и больше из-за встающей дыбом шерсти. Став просто громадным, он закричал страшно и пронзительно, глядя в глаза Пармезанову:
– Мря-я-я-а-у-у-у!
– Миу! – Кузьма пустился наутёк: – Миу-миу-миу!
Только за дверью он почувствовал себя в безопасности: «Когда вернусь, скажу Люсинде, что не тому они нас в школе учили. Зачем котам этикет? Нам нужны курсы по кошачьей самообороне! Пригласили бы вместо этой Маркизы мастера боевых кошачьих искусств, чтобы он какой-нибудь секретный кусь показал».
Когда Бабушка вернулась с работы, она первым делом спросила:
– Надеюсь, ты победил лень и вышел в сад?
«Ага, победил и вышел». – Пармезанову вдруг захотелось, чтобы его пожалели. Но он сдержался. Что толку жаловаться? Люди наше «мяу-мяу» не понимают.
Перед сном Пармезанов сосчитал оставшиеся дни: «Восемь. Как тянется время!»
Свернулся в клубочек и тихонько запел:
– Мур-мур-мур-мур! Кошачий бог Мури-Мури, спасибо тебе, что Бабушка отменила такси. Из дома мне не выйти, а играть здесь не с кем. Пожалуйста, сделай так, чтобы в гости пришли ёжики. Мур-мур-мур!
Пармезанов очень старался. И в этот раз Мури-Мури услышал его.
Проводив Бабушку, Пармезанов поел. Повалялся на диване. Поспал. Посмотрел фильм про медведей. Поел ещё раз и понял, что умрёт от скуки, если сейчас же не найдёт муху.
Тыц-тыц-тыц – раздавался в тишине неторопливый стук коготков.
– Сколько можно обижаться? Два дня уже не играли, – ворчал Пармезанов, обходя комнату за комнатой. – Ага! Вот ты где!
Муха, дремавшая на шторе в Бабушкиной спальне, почесала крыло задней лапкой и с вызовом уставилась на Пармезанова.
Он распушил хвост и завопил:
– Мяу-у-у!
Муха тут же вылетела из спальни. Пытаясь её догнать, Пармезанов примчался на кухню и тут же забыл об игре.
Под полкой с конфетами суетились два ежа. Вокруг валялись фантики.
– Давай быстрее! Прекрати есть, ты ещё тяжелее стала, – пискляво возмущалась пухленькая Герда с высокой стопки тарелок.
На её спине на задних лапках пританцовывала белобрысая Снежа. Вытащив из блюдца последнюю конфету, она надкусила её вместе с фантиком и ответила:
– Фодумаеф, я фросто фофробовала. Дофна фе я фнать, фафая фонфетка вкуфнее. Вфё. Фонфетки ф флюдце фафонфились! – Бросила фантик вниз, громко доела конфету и запрыгала, пытаясь достать конфеты из вазы.
Пармезанов чуть не завопил: «Ага, попались!» Но вспомнил, что сам позвал ежей в гости, поэтому деликатно покашлял.
Снежа обернулась, слезла со спины подруги и сказала:
– Ну наконец-то! Наконец-то ты пришёл! Помоги нам достать конфетки!
– Это хозяйкины конфеты. Их нельзя трогать. Вы и так уже много слопали.
– Жадина! – сказал Снежа. – Тогда мы будем рыбу кормить. Она, наверное, снова голодная. Герда, тащи булку!
Аделаида оживилась и закивала из аквариума: «Да, да, да! Я очень-очень голодная».
– Нельзя рыбе булку! – строго сказал Пармезанов. – Бабушка ей корм даёт. Утром и вечером.
– А можно чуть-чуть, всего несколько крошечек? – настаивали гости.
– Никаких крошек, я и так из-за вас едва в приюте не оказался! – Пармезанов сердито застучал хвостом по полу.
– Жаль, – сказала Снежа. – Тогда нам пора домой.
И ёжики направились к окну.
– А вы поиграть не хотите? Я же вас пригласил, чтобы играть.
– А во что? – Ёжики вернулись.
– Давайте мух ловить! – сверкнул глазами Пармезанов. – Правда, муха одна. Но зато жирная и летает быстро! И жужжит громко! Очень ценный экземпляр.
– Фу, муха! – Снежа поморщилась. – Мы в лесу каждый день их видим, целую кучу! Уже надоели эти мухи. Такие приставучие!
– Счастливые вы, а у меня всего одна муха. Потому что на окнах сетки.
– Если хочешь, можем с тобой в прятки поиграть, – предложила Герда.
– А как это?
– Ты что, кроме мухи, никаких игр не знаешь?
– Конечно, знаю! Кучу всяких игр. В мячик синий. А ещё в красный. А ещё в шашку… А как играть в прятки?
