Ах ты старый пень.
Ай, молодца…
– Ну, за этих не переживай, – фыркаю. – Я им тоже пацанский подгон организовал. Вполне. Будут теперь у себя на Срединном Хребте кольскую семгу все лето жрать, наверное. А может, – даже и до зимы…
Смеемся.
Хитрованистые дядьки, конечно, наши уральские друзья.
Ой, и не говори…
– Рыбы, кстати, – мотаю головой, – в этом году что-то даже чересчур много. Причем активной как-то совсем не по-детски. Никогда такого не видел. Сашка вон даже пошутил как-то не очень по-хорошему: как перед войной…
Глеб кивает.
– Хреновая, – говорит, – шутка. Согласен.
Я закуриваю.
Глеба отбирает у меня фляжку с коньяком, делает глоток.
Возвращает, не закручивая крышечки.
Намекает, значит.
Ага…
– Кстати, насчет войны, – вздыхает. – Славян-то теперь на Донбасс точно не поедет…
Я жму плечами.
– Наша жизнь полна неожиданностей, – говорю банальную, в принципе, вещь. – Ты этого что, не знал?!
– Да знал, в принципе, – поджимает губы. – Я просто не об этом, в принципе. Он – не может. Понятное дело, почему. Тебя не пустят, и это правильно. Ты тут нужнее. Значит, придется – мне…
Чуть не захлебываюсь коньяком.
Ах, вот ведь черт.
Не в то горло попало.
Да…
– Ларин, – смотрю на него с интересом. – А ты не охренел?! Ладно еще Славян, у него пока просто мальчишество. Детство в жопе играет. Но ты-то куда, блин?! Взрослый уже вроде дядька как бы. Не навоевался, что ли, еще?!
Он наклоняет голову.
Смотрит куда-то вдаль.
– Ладно, – говорит. – Вернемся еще к этому разговору. Попозже когда-нибудь. Может быть, ты и прав. А может, прав я. Кому-то ведь надо, так?! А значит, – это еще с какой стороны посмотреть…
– Да с какой ни смотри, – обрываю его как можно жестче. – Славке это было важно как личности. Доказать что-то себе. Себе самому, а не нам с тобой и не маме с дядей. Плюс у него, как он считает, есть кое-какие долги перед страной, которые надо вернуть. У тебя же чистая прагматика: ты свои долги отдал уже. И давно. А значит, если вот так, чисто по-мужски, то тут не надо ничего выдумывать, а просто надо смотреть, где ты нужнее. Остальное чисто мальчишество. Вопросы у тебя есть?!
Он вздыхает и гладит пальцем переносицу.
Я так тоже делаю, когда думаю, или голова, допустим, болит.
Ага.
– Да думал я уже на эту тему, – признается, – но Славян…
– Славян, – обрываю его еще жестче, – сейчас залечит жопу и отправится на Донбасс вне зависимости от того, поедешь ты его туда «заменять» или нет. Или еще куда, если там вдруг неожиданно утихнет. Это даже не обсуждается. Я его и не пытался останавливать-то только потому, что для него это вопрос сугубо личный. Андастенд?!
Глеб думает.
Смотрит на воду.
Потом поднимает голову к облакам.
– Андастенд-то оно андастенд, конечно, – чешет поросший коротким, жестким волосом затылок. – Но к этому разговору мы еще все равно вернемся. Или не вернемся. Но потом. А пока ты хлебай давай. Не грей напиток. И передавай флягу товарищу, а то, тоже мне, расселся тут, как, понимаешь, цельный натовский генерал…
…На следующий день на Красную Горку мы с Глебом поехали больше поразвлечься: и «продовольственную программу» мы уже выполнили, и вожделенный «трофей» я уже как бы и зацепил.
При взвешивании, правда, выяснилось, что рыбина была даже меньше «десятки», всего девять восемьсот: как грустно пошутил Саня, – взвешивать надо было сразу же, но всем было не до этого, а когда вернулись – рыба уже «стекла».
Так что, можно считать – зачёт.
Но какой-то неприятный осадочек все равно остался, конечно.
Ну, да и Бог с ним.
Все равно, в принципе, – хорошо…
…Доехали, кстати, в общем, очень удачно: небольшие дожди и состоявшийся-таки сквозь мой сон вчерашний ливень, обошли Горку стороной, и болотина фактически пересохла, так что продираться через болото пришлось всего лишь метров пятьсот.
Другое дело, что это были те еще пятьсот метров.
Мало того, что сквозь густой кустарник, так еще и временами перепрыгивая с кочки на кочку, с риском нырнуть минимум, я думаю, по пояс.
Это только потом выяснилось, что Саня подобным образом просто расстояние «срезать немного решил».
А всего метрах в семистах вниз по течению реки есть вполне удобный, хоть и чуть более дальний переход.
Так что обратно добирались, можно сказать, со всеми удобствами.
Но – туда…
…Хорошо еще, что никто непосредственно в саму трясину не занырнул.
Но дошли.
Мы с Глебом тут же, приметив полянку поживописнее, с хорошим видом на речку, разложили на ней костерок, натащили из леска бревен, чтобы сидеть было удобнее, поставили чайник.
Ловить, собственно говоря, совсем даже и не хотелось.
Наловились, что называется.
То есть, – вообще…
Заварили чайку.
Я сходил на речку, долил воды в чайник, снова поставил на огонь.
Пусть кипит.
Все равно мне что-то даже спиннинг из чехла распаковывать неохота.
А виды здесь, конечно, – просто дух захватывает.
Глухая кольская тайга.
Бурная, порожистая речка, с барашками в белой пене.
На той стороне – красный, глинистый крутояр.
На нем сосны: желто-коричневые, светлые, – на зеленом, белом и голубом.