– Она тяжелеет, тяжелеет… тяжелеет… – продолжал Фосфор голосом циркового гипнотизера. – Еще тяжелее…
Я не выдержал – выпустил папку из рук, и она с грохотом упала на пол.
– Интересный фокус…
Но Фосфор не унимался.
– Попробуем еще раз. Возьмите ее. Ну же, берите!
Я поднял папку с пола.
– Чувствуете – теперь она тянет вас вверх? Тянет, тянет…
Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы удержать папку над головой.
– Еще… еще…
Подошвы мои оторвались от пола, я повис в воздухе и продолжал подниматься.
– Два сантиметра, три… пять… хватит!
Я опустился на пол, с трудом сохранив равновесие.
– Что скажете, господин Кинто?
Лицо старого чёрта ничего не выражало.
– Где подписать? – хрипло спросил я.
Флик протянул мне авторучку.
Моя подпись на этой бумаге на глазах превратилась в набор знаков, напоминающих какое-нибудь шумерское письмо.
– Что-то надо сказать? Кекс-пекс-брекекекс?
Фосфор кивнул.
– Сами знаете – что.
–
– Да! Маленькое уточнение, господин Кинто. Совершенство, о котором вы мечтаете, не может иметь души; это, к сожалению, общеизвестный факт. То есть, создавая нечто совершенное, вы лишаете его души. И тут уж мы ничем помочь не сможем: дьявол выводит на дорогу, а ведет – Бог…
– А сразу вы этого сказать не могли? До подписания договора?
– Ну мы ж черти, господин Кинто! С рук сдал – с ног само свалится. – Он подмигнул мертвым глазом. – Правда без лжи невыносима, как ад без любви. Зато теперь вы свободны!
Я замешкался, пытаясь сообразить, как следует прощаться с нечистой силой, – но Фосфор уже скрылся за горой хлама. Флик открыл передо мной дверь, мы свернули налево, спустились в подвал и двинулись по длинному коридору, который был освещен слабыми лампочками, забранными сеткой.
Вскоре я перестал обращать внимания на повороты, двери, ступеньки, по которым мы то поднимались, то спускались. Подземелье оказалось обширно – освещенные коридоры пересекались коридорами темными, они множились, ветвились, расползались, словно грибной мицелий…
Не успел я опомниться, как обнаружил себя сидящим на ступеньках «Муравейника» – так местные называли торговый центр, в котором на двух этажах разместились супермаркет эконом-класса, часовая мастерская, парикмахерская, студия йоги, аптека, кофейня, офис страховой компании и пункты выдачи заказов…
Мимо бежали люди, мчались машины, приплясывал парень в костюме хот-дога.
Я попытался встать.
– Мужчина, – сказал охранник, – шли б вы отсюда, пока я полицию не вызвал. Давай, давай, топай домой, мужик.
И я потопал, стараясь держаться прямо.
