В сентябре 1883 г. рукопись была сдана в журнал «Русская мысль», при этом предполагалось, что если цензура не пропустит и уничтожит книгу, то несколько экземпляров может быть утаено издателями. Окончательной датой просмотра корректур можно считать 22 января 1884 г. Интересно, что, хотя книга, признанная цензурой крайне вредной, подрывающей основы государственных и общественных учреждений, а также учения церкви, была запрещена, тираж ее не сожгли.
Толстой писал Н. Н. Ге 2–3 марта 1884 г.: «Книгу мою, вместо того чтобы сжечь, как следовало по их законам, увезли в Петербург и здесь разобрали экземпляры по начальству. Я очень рад этому. Авось кто-нибудь и поймет»[57]. Видимо, и до сих пор уцелевшие экземпляры находятся в частных библиотеках.
В книге «В чем моя вера?» Толстой хочет поделиться самым сокровенным: как ему открылся смысл учения Иисуса Христа — не такой, каким он понимал его прежде. Толстой переживал духовный кризис, якобы научное толкование жизни и смерти людей казалось ему злом, оно не давало объяснения связи конечной жизни и бесконечного существования, без чего жизнь теряет смысл. И вдруг, вместо отчаяния, он испытал радость и счастье жизни, не нарушаемое смертью. Шесть лет Толстой занимался исследованием догматического богословия, переводом и соединением четырех Евангелий с объяснениями.
Это была, по его мнению, внешняя сторона деятельности. Но внутренняя работа не была методичной, произошло мгновенное озарение светом истины и устранение всего того, что скрывало смысл учения Христа.
Толстой, по его мнению, нашел тот ключ, который, будучи «просунут до замка», является генетическим ключом понимания
Слова Христа «не противься злому» открыли новизну учения в сравнении с заповедью Моисея «око за око, зуб за зуб». Толстой увидел двусмысленность многовекового толкования, что Христос якобы не отрицал заповеди Моисея. Это, по мнению писателя, послужило тому, что иногда можно жить и не по-христиански: воевать, грабить, обманывать.
Толстой пытался очистить учение Христа от несвойственных ему суждений, от навязанного исторического лицемерия. Автор подверг серьезному переосмыслению церковное учение, считая, что оно оправдывает социальное неравенство.
Толстой отметил, что заповедь Христа о ненасилии не утопична, для ее исполнения нужны собственные, а не сверхъестественные силы. Иисус Христос призывал к исполнению своего учения, обращая внимание людей на то, что это возможно:
Это кардинальное утверждение мыслителя о духовной сущности человека, когда Бог — это и есть Дух, духовное, т. е. разумное сознание человека является основой жизни, когда происходит интеграция веры и разума, интеграция науки и веры, духовности и рациональности, и это может привести к преодолению противоречий между естественнонаучным и гуманитарным знанием.
Толстой отстаивал такое понимание жизни, которое приводило человека к благу, счастью, единению людей любовью, когда смысл разумной (духовной) жизни открывается на основе связи с бесконечным, Богом. Автор полагал, что люди в состоянии следовать учению Христа, так как принцип ненасилия изначально свойственен природе человека. «Стоит понять учение Христа, чтобы понять, что мир, не тот, который дан Богом для радости человека, а тот мир, который учрежден людьми для погибели их, есть мечта, и мечта самая дикая, ужасная, бред сумасшедшего, от которого стоит только раз проснуться, чтобы уже никогда не возвращаться к этому страшному сновидению»[58], — отвечал он своим оппонентам, обвинявшим его в утопизме идеи о непротивлении. Следует обратить внимание на то, что за годы, прошедшие после смерти Толстого, идея ненасилия стала получать в общественном сознании весьма серьезную оценку как путь к решению многих человеческих проблем.
В X главе книги Толстой рассматривает условия земного счастья людей. По мнению Толстого, учение Христа имеет глубокий метафизический, общечеловеческий, общественный и самый простой, ясный, практический смысл для жизни каждого отдельного человека. Автор обращал внимание на то, что Христос учит людей избавиться от несчастий и жить счастливо. Толстой выделяет несколько условий земного счастья: связь человека с природой, общение с землей, растениями, животными; любимый и свободный труд, труд физический; семья; свободное любовное общение со всеми разнообразными людьми мира; здоровье и безболезненная смерть.
