Считая, что эта идея, касающаяся толстовского богословия, весьма серьезно обоснована Густафсоном, мы можем утверждать, что Толстой сделал попытку вписать религиозное миропонимание, в том числе понимание «божественной» души и Бога, в научный дискурс и всем своим творчеством показал, что в «науке жизни это возможно». Видимо, следующие поколения исследователей заинтересуются решением этой проблемы.
Совершенно неожиданным по форме и степени доступности каждому человеку оказалась книга «Путь жизни», которая наряду с его педагогическими сочинениями о воспитании, о науке, превратилась в духовное завещание вполне соответствующего современному взгляду на поиск человеком своей идентичности, субъектности.
Толстой писал «Путь жизни» в последний год жизни, мечтая, чтобы его труд стал настольной книгой миллионов читателей, повлиял на общее развитие истории. Книга «Путь жизни» возникла как продолжение созданных ранее сборников «Круг чтения» и «На каждый день». Содержание книги должно было ответить на вопрос: как жить? Работа над ней продолжалась до ухода писателя из Ясной Поляны. Все тематические книжечки были прочитаны писателем в гранках и в сверстанном виде. Такие книжки, как «О вере», «Душа», «Одна душа на всех», «Бог», «Любовь», были прочитаны трижды. Книга отражала опыт писателя по использованию простых литературных форм. В замысел Толстого входило еще более упростить содержание, «пропустить через пересказ крестьян и детей и взрослых», но смерть помешала выполнить это.
В «Пути жизни» Толстой с наибольшей силой смог выразить свой замысел описания способа духовной, нравственной жизни. В современной психологической науке способ действия, средство деятельности (средняя часть ее структуры, ее сердцевина) рассматривается как единство потенциала, действий и условий, как структура соорганизованных и обеспеченных ресурсами действий в заданных условиях[137], — подобный взгляд проявился в логике разделов толстовской книги. Толстой настойчиво и неоднократно повторяет мысль о необходимости ориентиров жизнедеятельности человека, знания того,
В этой книге Толстой — в то время, когда деятельностный подход еще не использовался как метод, — максимально применяет деятельностную терминологию и демонстрирует сам деятельностный подход, который ему необходим, чтобы показать, как человек становится подлинным субъектом собственной жизнедеятельности, обретает способность быть автором собственной судьбы. В предисловии Толстой в краткой форме анализирует жизнедеятельность человека, приближаясь к современному пониманию деятельности как антропологической категории, описываемой В. И. Слободчиковым следующим образом: Д = ресурс — потенциал — действия — условия — цель.
Подтвердим примерами, обратившись к анализу содержания книги «Путь жизни». Начинается она со смысловых моментов — значения веры, души, одной души на всех, Бога, любви, т. е. того, что надо знать человеку, дабы понимать, что такое он сам и тот мир, в котором он живет. Смысл жизни — во все большем соединении с душами других людей любовью, с Богом — сознанием своей божественности. Это, по Толстому, одновременно смысл и благо человеческой жизни, т. е. ее цель и результат. По Толстому, это и есть ресурс — залог успешности жизнедеятельности («чтобы человеку жить хорошо»).
Потенциал деятельности, в понимании Толстого, — это собственное Эго, которое, помимо прочего, является препятствием любви к людям и сознанию своей божественности и которое склонно к грехам (потворство похотям тела), соблазнам (ложные представления о благе) и суевериям (ложные учения, оправдывающие грехи и соблазны). К последним Толстой относит суеверия государства, церкви, науки. Толстой на страницах своих произведений неоднократно указывает, что потенциал — это материал и орудие действия, в его понимании это психофизическая, или «животная», личность, «лопата приобретения таланта» в дихотомии «животная личность — человек».
Усилие сознания, в понимании Толстого, — это и есть действие настоящего, которое всегда во власти человека, оно совершается только «в настоящее мгновение, т. е. в той безвременной точке, в которой прошедшее соприкасается с будущим и в которой человек всегда свободен»[138]. Условия действия, по Толстому, — это воздержание от поступков, противных любви к ближнему и сознанию человеком божественного в себе, т. е. духовного начала. Духовность, по Толстому, имеет антропный характер, и человек может собственными силами совершать эти усилия. Сила жизни — это и есть признание в себе духа Божьего, т. е. сверэнергийности, энергии творчества.
