— Уходи, пока сюда не пришли эти люди, Хён! Уходи и забудь, что ты меня видел. Я умер… — приподняв подбородок, я сжал зубы и сбросил цепь с рук.
Он замер, молча наблюдая за тем, как я обошел его и встал за спиной, опустившись перед ящиком с инструментами. В нём я стал искать набор нужных ключей, и опять вытеснять все мысли из головы, чтобы вернуть себе покой.
— Она беременна, Тангир!
Пока не услышал это, а всё, что успел взять в руки не обожгло их так, что инструменты упали обратно, издав звон. Глаза застыли и действительно замерли не двигаясь совсем, прожигая взглядом только грязный ящик с кучей ключей и всякого хлама. Это всё что видел, чувствуя как по моей спине бежит нечто, природы чего я не знал. Это ощущение было и физическим, и внутренним. Словно оголённая спираль, которая скручивала все эмоции в дикий поток электричества, которое и прошило от пят и до макушки, а вырвалось из тела выдохом, забрав из лёгких весь воздух. Просто вытолкнуло его к херам наружу, лишив меня возможности здраво мыслить.
— Она напрочь отказывается принимать любую помощь от нас с Леем. Более того… Ранко!!! Тело этого выблюдка так и не нашли даже люди Лю Фэня!!! — он словно ударил меня под дых этими словами.
Я медленно поднялся еле осознавая своё тело и себя, а внутри, словно всё закипело.
"Ребенок… У меня? У такой твари, как я? Ребенок у такого конченного дегенерата, на руках которого лишь кровь?" — зашептало в голове, и я совершенно пропустил слова о её брате, а когда понял, что речь об ублюдке, смерть которого видел своими глазами, повернулся и как безумный зарычал:
— Где он?!!!
Нам Джун осмотрел меня, спокойно встретив проявления очередного припадка моего бешенства, ровно спросив:
— Ты пришел в себя? Наконец, понял о чем я?
Схватив его за рубашку, рванул на себя, шипя как больной придурок, и понимая, что во мне до сих пор бурлит та спираль. Именно она вынуждает рычать и поднимать из пепла тварь, которую я похоронил.
— Где этот ублюдок? Я своими глазами видел, как он издох! А ты мне говоришь, что эта тварь продолжает дышать рядом с ней? Где он?!!
— Знал бы… — ответил рокочущим голосом Нам Джун и с силой оторвал мою руку от себя, осматривая лицо и продолжая, — Его бы уже не было, и разговор мы бы вели о том, что ты скоро отцом станешь, сопляк! Это тебя не волнует?
Я опомнился и с дрожью по всему лицу, которое обратилось в маску, искажаясь болью, отвернулся от Джуна, всадив руки в корпус лодки, а не положив их на него, упираясь. Во мне продолжало двигаться это чертово электричество, оно так и било по мозгам, а я не мог сфокусировать взгляд.
— Она… — еле выдавил хоть слово из себя, а потом с болью закрыл глаза и шепотом спросил, — С ней всё в порядке? Где она?
— А сам убедиться не хочешь? Или ты решил, что чужой мужик должен растить твоего ребенка?! Ты бы так поступил, не скажи я тебе о Ранко? — голос Нам Джуна звучал настолько холодно и ядовито, что в какой-то момент, я плавно повернул к нему лицо и осмотрел так, что наши взгляды не встретились, а сплелись…
— Она носит твоего ребенка, Тангир, а этот ублюдок придет за ней! И учитывая, что я не могу приставить к ней охрану силком… Всё это время, я молил небо, чтобы отыскать тебя, сопляк. Потому что верил, что ты не мог умереть. И я нашёл…. А значит, ты должен поехать со мной! Потому что, это, бл***, не моя ответственность! А твоя!
Я почти повернулся к Хёну, когда от входа в док прозвучал басовитый голос с акцентом:
— Hands of!!! *(Руки вверх!)
Зухрат стоял прямо перед Нам Джуном и буравил взглядом, пока дуло его винтовки смотрело точно в спину Хёна. От осознания, что этот человек пришел сюда ради меня, я не мог опомниться. А когда Зухрат снял винтовку с предохранителя и оружие издало характерный щелчок, я в шоке посмотрел в глаза Джуна, который медленно поднимал руки.
— Зухрат! — пророкотал вернув, наконец себе свой голос, и посмотрев в глаза мужчине, произнес на ломанном арабском:
— Хада ахи… *(это мой брат…) Ай иля-ти… *(Моя семья…) Шукрран! *(Спасибо!)
Мужчина осмотрел меня и не спеша опустил ружьё. Я знал, что этот человек был уверен в том, что рано или поздно за мной придут либо, чтобы добить, либо чтобы вернуть домой. И к моему удивлению, Зухрат был готов к обеим исходам, потому что когда Нам Джун встретился с ним взглядом, он мягко и тепло улыбнулся Хёну, кивая головой.
В моей памяти отпечатался именно этот момент. Он стал самым ярким, возможно и потому что я узнал. И вот об этом я боялся даже вспомнить. Не потому что мне было неприятно, или подобное вызывало негативные эмоции. А потому что я абсолютно не понимал своего состояния. И вот это доводило до бешенства.
А ещё то… что я буквально всей кожей ощутил тягу, как только оказался в вечерних сумерках в салоне хаммера Нам Джуна. Настолько сильное притяжение, которое буквально тянуло меня неизвестно куда, как канат. Он прямо рвал на мне всё, завывая и гудя в голове той самой спиралью.
