Дверь кабинета распахнулась. Ли тихонько выругалась. Тристин остановился на пороге и начал сканировать взглядом комнату. А за ним стояли двое крепких мужчин в костюмах.
— Вы уверены, что видели тут свет? — строго спросил Тристин.
— Да, сэр, — ответил один из охранников. — Сначала был темно-синий, а через секунду загорелся обычный.
Ли перебралась на плющ у окна и повисла на нем, боясь пошевелиться.
— Что ж, сейчас здесь никого нет, — услышала она голос Тристина. — Погодите, — закричал он. — Почему шкаф отодвинут?
Ли почувствовала еле ощутимый толчок и услышала, как щелкнул шкаф.
— Здесь кто-то был! Обыщите дом и всю территорию. Поймайте их!
— Лезь, идиотка, — прошипел Боди ей в ухо.
Ли пустилась вверх по стене так быстро, как только могла. Шорох, с которым она цеплялась за лианы, казался ей оглушительным. Задевая пальцами грубую кирпичную стену, она стерла до основания все то немногое, что оставалось от ее ногтей. Переставляя ноги со сплетения на сплетение, она часто промахивалась. Приходилось подтягиваться изо всех сил. Прикусив губу, чтобы не закричать, она продолжала лезть.
Внизу, в саду, включаясь, затрещали фонари. Стало светло как днем, и, если кто-нибудь поднял бы голову вверх, он бы точно увидел, как она подбирается к окну. Ей нужно успеть забраться внутрь! Качнувшись на плюще в сторону окна, она не рассчитала силу, и стебли, на которых она держалась, частично оторвались от стены.
— Что ты делаешь? — зарычал Боди.
— А ты как думаешь? Падаю, тупица.
— Отпусти эти стебли и схватись за другие! Лезь внутрь!
Стебли провисли еще сильнее, и Ли рывком съехала еще на несколько сантиметров.
— Не могу! — вскричала она. — Я не знаю как! Боди, помоги мне!
Лицо Боди сровнялось с ее. Глаза его смотрели сурово, а губы сжались в тонкую синюю линию.
— Я могу только показать тебе, но за тебя это сделать не могу.
— Прошу тебя! — взмолилась она. — Хоть как-нибудь помоги!
Боди обратился в синий туман. Устремившись к ней, туман врезался ей в переносицу. Ли накрыло мучительное чувство тошноты. Внутри от леденящего холода все загорелось. Ее затошнило. Вдруг ее одолело желание оттолкнуться от стены, раскачаться и в последний момент отпустить плющ, чтобы зацепиться за подоконник и забраться в окно.
— Я… я не могу, — взвыла она.
Где-то в замерзших задворках ее разума эхом раздался голос Боди. В нем прозвучало такое же отчаяние, какое было у нее на душе:
— Я не могу сделать это за тебя!
Ли услышала снизу звук многочисленных шагов. Охрана начала охоту. У Ли не оставалось выбора. Схватившись покрепче за связку лиан, она раскачалась посильнее, оторвалась от окна и, долетев до противоположной стены, со всей силы оттолкнулась от нее ногами. И за секунду до того, как ее лицо впечаталось бы в кирпич, ее снова охватило непреодолимое желание отпустить стебли. Поддавшись ему, она ослабила хватку и, отчаянно размахивая руками, зацепилась пальцами за подоконник. Листья плюща щекотали ей щеки, а она, истирая себе руки в кровь, вскарабкалась в окно. Оказавшись наконец с другой его стороны, она свалилась на пол.
Отрывисто дыша, Ли поднялась на четвереньки. Комната закружилась. Синий туман вылетел из ниоткуда и, сгустившись, снова стал Боди.
— Они идут к тебе. Прячься в кровать. Быстрее!
Ли с трудом оторвала себя от пола. Спотыкаясь, она забралась по ступенькам наверх и залезла в кровать. Только она успела лечь на бок, спиной к двери, когда та, приоткрывшись, заскрипела. Тристин заглянул внутрь.
Ли притворилась, что храпит и бормочет во сне.
Тристин вошел в комнату, и встав в центр, осмотрелся. Чем дольше он медлил, тем сильнее колотилось сердце Ли. Она слышала, как его туфли шаркают по полу, пока он ищет против нее улики. Ничего не найдя, он успокоился и вышел из комнаты так же тихо, как вошел.
Ли встала на то же место, где стоял он. От страха она боялась пошевелиться, сердце ее выпрыгивало из груди — но это была не просто боязнь попасться, хотя и без нее тут не обходилось. Что бы ни провернул Боди несколько минут назад, это оставило в ней какое-то странное чувство. Что-то случилось с ее собственной личностью. На несколько коротких мгновений в ее голове поселились мысли, эмоции и умения, которыми она не обладала. И они все еще оставались внутри, где-то на задворках ее сознания. Но, как ни странно, от этих новых воспоминаний чувства ее будто притупились, хотя, казалось бы, ощущений должно было стать больше.
— Что же ты со мной сделал? — пробормотала она во мрак пустой комнаты.
Ли ворочалась с боку на бок под одеялом: ей было жарко и душно. Как бы удобно она ни устраивалась, страх брал над ней верх, и она снова переворачивалась. Не смыкая глаз она всматривалась во тьму, выискивая в ней хоть малейший намек на синее сияние.
