Ли помрачнела. Сейчас ей только не хватало, чтобы всякая дрянь бегала за ней с фотоаппаратом, щелкала каждый ее шаг и выискивала грязные подробности. Ей ужасно захотелось снова учинить что-нибудь эдакое, но в очередной раз подставлять семью у нее не было намерения.
Будто прочитав ее мысли, Мира тихонько сказала ей:
— Не переживай. Люди Маркуса их не впустят. Когда зайдем внутрь, можешь расслабиться.
— Но не слишком, — проворчал Тристин.
— С тех пор уже два года прошло, — запротестовала Мира. — Может, забудем уже?
Вместо ответа Тристин лишь сдвинул брови и посмотрел то ли с упреком, то ли с иронией.
Лимузин остановился у тротуара. Боб вышел первым и беглым взглядом оценил обстановку. Как Мира и предполагала, толпу за веревочным ограждением сдерживала охрана. Боб поспешил обойти машину и, открыв заднюю дверь, подал руку Пег. Остальные вышли за ней и собрались перед входом в небольшую кучку. Мисс Тери держалась в стороне, дожидаясь, пока к ним присоединится ее подопечная.
Не успели каблуки Ли коснуться тротуара, как вокруг засверкали вспышки. Люди выкрикивали столько разных вопросов, что она не могла сосредоточить внимание ни на одном. Мира подскочила к ней на выручку и взяла ее под руку.
Одна женщина в джинсах и мужском пиджаке с усталым грубоватым лицом сделала несколько фотографий и выкрикнула:
— Мисс Ховард! Как вы относитесь к тому, что полиция зашла в тупик по делу убийства ваших родителей?
Ли стиснула челюсти и прошла вместе с Мирой мимо.
Женщина не сдавалась:
— Как новая семья справляется с подростком с психологическими проблемами?
Ли резко остановилась. Жестокость вопроса ее шокировала. Она, как ей показалось, ободряюще улыбнулась Мире, как бы заверяя кузину, что не будет говорить глупости, и, надавив ей на локоть, вырвалась из-под ее руки.
Повернувшись к журналистке, она сказала:
— Не секрет, что у меня сейчас тяжелый период. Да, если хотите знать, мне все еще нелегко. А кому было бы легко в такой ситуации?
Толпа беспокойно зашепталась.
Ли продолжила:
— Но семья Симмонсов приняла меня очень тепло и сердечно. Не давя, они проявили ко мне огромное терпение, позволив мне проживать свою боль по-своему. Я чувствую их поддержку каждую секунду каждого дня. Они проявили ко мне уважение. Дали мне надежду. Подарили любовь, когда мне это было так нужно.
На ее плечо нежно опустилась рука Тристина.
— Нам это только в радость. Будто нам с Пег бог даровал вторую дочь. И мы ею очень гордимся.
Подошла Мира и снова взяла ее под руку.
— А у меня появилась самая классная младшая сестричка.
Одна за другой защелкали камеры. Несколько человек бросилось в их сторону с телефонами в руках. Тристин провел Миру и Ли обратно к месту, где их ждали Пег и мисс Тери.
— Ты молодец, — сказала Пег, похлопав Ли по плечу. На ее лице светилась улыбка искренней гордости. — Отлично справилась. Даже эти акулы вряд ли посмеют извратить твои слова.
— Вероятно, не посмеют, — произнес Тристин с несколько меньшей уверенностью. — Но все же я передам Маркусу, чтобы он проследил за этим. На всякий случай.
— Надеюсь, я не сделала ничего плохого, — сказала Ли. — Просто — бр-р-р — такая наглая журналистка!
— Говорила же, — вмешалась Мира. — У них совершенно нет души. У некоторых. Есть не такие ужасные. Со временем ты поймешь, кто есть кто.
Они прошли мимо пары охранников, стоящих у внешней двери, и мимо еще двоих, охраняющих внутреннюю.
— Кстати о том, кто есть кто, — шепнула Мира Ли на ухо, а затем уже в полный голос произнесла: — Мам? Я хочу сходить представить Ли другим ДИПам.
— Неужели ты еще не выросла из этого, — проворчал Тристин.
— Что значит ДИПы? — спросила Ли.
Не обращая никакого внимания на слова отца, Мира ответила:
— Это слово, которое я придумала. Оно действует папе на нервы, так что я не упускаю возможности вставить его в разговор.
— Так, а что оно значит?
— «Дети идут в пакете». Это такие же, как мы, дети, которые приходят на такие мероприятия только из-за своих родителей. Пока наши предки общаются, мы зависаем в сторонке, сплетничаем, играем в приставку и ноем, как тут скучно.
Проходя за Мирой в переговорную в дальнем конце помещения, Ли спросила:
— А никто из этих ДИПов не захочет немного пошалить?
На лице Миры промелькнула озорная улыбка.
— Еще как захочет!
— Невежливо исключать из беседы других, — вставила мисс Тери, подскочив к ним сзади.
— Ну, нет! — одернула ее Мира. — Нет, нет, нет, нет, нет. Все, кому закон уже позволяет пить алкоголь, остаются снаружи.
Мира открыла дверь в переговорную и впустила Ли внутрь.
— Вход строго для несовершеннолетних[8].
На непрошеных гостей уставилась дюжина юных лиц: кому-то не было и восьми, а кому-то было уже под двадцать. Ли покраснела и пошатнулась на своих высоких каблуках. До нее дошло далеко не сразу, что пялились они не на нее. Предметом их негодования была мисс Тери.
— Ой, — тихо вздохнула мисс Тери, положив руку на сердце. — Понятно. Что ж, если понадоблюсь, я прямо за дверью.
— Не понадобитесь, — весело сказала Ли, закрывая перед ней дверь.
— Чья это ищейка? — спросил кудрявый белокурый парень.
Мира фыркнула.
