До ее слуха сквозь звон в ушах донеся быстро удаляющийся топот чьих-то ботинок. Открыв глаза, она увидела, как второй мужчина заворачивает за поставленные друг на друга контейнеры. Ли снова вытянулась и подползла на животе к краю крыши. Подстреленный ею мужчина лежал прямо под ней на земле и постанывал, но был, судя по всему, без сознания. К вою тех двух сирен добавился вой еще нескольких. Со своей позиции она смогла разглядеть, как грузовой двор покидает целый поток эвакуирующихся рабочих. Тайное стало явным, и контейнер, в котором держали ее семью, больше никто не охранял.
Ли вскочила на ноги и бросилась к другому концу контейнера. Повторяя свой прежний трюк в другом направлении, она уперлась ногами в стоящие друг напротив друга контейнеры и спустилась на землю. Ли чувствовала, как бешено колотится кровь у нее в висках. До ужаса боясь, что в этом лабиринте бродит еще куча приспешников мисс Тери, Ли собрала всю свою смелость в кулак и помчалась к контейнеру, в котором заперли Миру, Тристина и Пег. Не управляя от страха своими движениями, Ли обеими руками схватилась за поворотный замок контейнера. Беспорядочно перебирая истекающими кровью пальцами, Ли отчаянно возилась с ним, пока дверь наконец не поддалась.
Внутри она увидела связанных по рукам и ногам Миру, Тристина и Пег. Вокруг головы каждого обручем шла толстая полоса изоленты — чтобы никто из них точно не сумел открыть рот.
Бросившись к Мире, Ли дернула за изоленту, связывающую ее запястья.
— Извини, но сейчас будет больно.
Мира застонала, испуганным взглядом показывая, что на боль ей плевать, только бы Ли поскорее ее развязала.
Ли продолжала дергать за ленту, пока не отклеился уголок. Зацепив его пальцами, она стала отклеивать слой за слоем, разматывая запястья Миры, как мумию. Когда Ли домотала до места, где клейкая поверхность касалась кожи, Мира замычала сквозь изоленту, но Ли продолжала разматывать, без умолку повторяя:
— Прости, прости, прости.
Как только руки Миры освободились, Ли тут же бросилась к Тристину, а Мира стала разматывать себе ноги и рот. Пока Ли помогала Тристину, Мира, оставив кусок ленты мотаться на волосах, кинулась освобождать маму.
Дверь контейнера распахнулась. В проеме столпилась группа мужчин и женщин с оружием в руках. Ли схватила Миру за плечи и, толкнув ее на пол, развернулась и загородила ее собой. Таким же ловким движением она выхватила пистолет из кармана толстовки и направила его на толпу.
Обливаясь слезами, она закричала:
— Вы их не получите! Я вам их не отдам! Больше не отдам!
— Не стрелять! Не стрелять! — раздался позади толпы громкий голос. — Никому ничего не предпринимать.
Тай пробился сквозь толпу.
— Все хорошо, малышка. Все будет хорошо. Никто никого у тебя не заберет. Не сегодня.
— Тай? — Рука Ли, все еще намертво вцепившаяся в пистолет, опустилась. — О, Тай! Это был Начо. И мисс Тери. Они… они нас обманули и… и… и хитростью выманили нас из дома и… и…
Она рухнула на колени и села на пятки. Из глаз у нее ручьями полились слезы.
— Я знаю, — медленно и спокойно произнес Тай. — Их больше нет. Прошу, положи пистолет на пол и оттолкни его от себя. Можешь для меня это сделать, малышка?
Быстро моргая, Ли посмотрела на пистолет, который все еще был у нее в руке. Подняв голову, она перевела взгляд на толпу в дверном проеме. У всех них тоже в руках было оружие. Ли засмеялась. Она не понимала, что в этом было смешного, но остановиться уже не могла. Мира протянула к ней руки и заключила ее в объятия. Ли позволила ей забрать пистолет и швырнуть его в сторону. Тай ботинком остановил его. Ли положила голову на плечо Миры, и в глазах у нее потемнело.
Из коридора до слуха Ли донесся знакомый голос. Тай спорил с офицером из Интерпола[16], который вот уже три часа находил все новые и новые способы задавать ему одни и те же вопросы. Самих слов разобрать было невозможно, поэтому Ли оставалось только уставиться в дверь своей больничной палаты и ждать, попутно пытаясь определить градус кипения Тая по тону его голоса.
— Привет, Тай, — с притворной веселостью сказала она, когда тот вошел. — Не ожидала тебя увидеть.
Тай остановился в дверном проеме и странно на нее посмотрел.
Радостная маска тут же слетела с ее лица.
— И ты меня, что ли, отчитывать пришел?
На лице Тая промелькнула ироническая усмешка.
— У-у, кто-то нашей малышке житья не дает?
Ли в ответ скорчила кислую мину и обиженно перевернулась в постели на другой бок, но в душе испытала облегчение. Если бы Тай на нее злился, он бы над ней не подтрунивал.
— Действия влекут за собой последствия, — сказал Тай, подойдя к ее кровати и взяв ее за руку. — Ты совершила определенные действия, и мир ответил последствиями. Так он устроен. Никуда от этого не деться.
По щеке Ли скатилась слеза, и она поспешно вытерла ее ладонью.
— Получается, Начо все-таки погиб по моей вине.
