- Фларри изо всех сил старался меня убедить, что это его брат устроил пожар, чтобы избежать обвинения в убийстве. А что, если это ваш друг организовал поджог и ложное признание, чтобы вы заподозрили Кевина? Чтобы мы все пребывали в заблуждении, что это была отчаянная попытка Кевина избавиться от подозрений.
- Подобных маразматических измышлений вконец рехнувшегося старого интригана я никогда...
- Флоренса Лисона очень заботило наше мнение о причинах пожара, вы не заметили?- заявил детектив, проигнорировав мою гневную тираду.
- Я знаю одно: Фларри не убивал своей жены!- возмущенно воскликнул я.
- А откуда вы это знаете?- Конканнон вперил в меня свой самый испытующий взгляд.
- Просто знаю и все!- настаивал я.
- У него был самый веский мотив и прекрасная возможность,- возразил офицер полиции.
- Мне все равно!- не сдавался я.
- Очень странно, откуда взялась такая внезапная преданная дружба?осведомился собеседник.
- Вы еще вообразите, что мы сговорились и вместе прикончили Гарри,саркастически произнес я.
- И я подразумеваю не только ревность, говоря о мотиве,- с безразличным спокойствием продолжал Конканнон.- Гарриет сорила деньгами...
- Никогда не замечал ничего подобного,- отрезал я.
- А Фларри был почти банкротом. Вы знаете, сколько он должен своему брату?- поинтересовался детектив.- Если Кевина повесят за убийство, это положит конец финансовым проблемам вашего друга.
- Но...
- Кевин завещал брату кругленькую сумму,- объяснил полицейский.- Он человек богатый. А Майра Лисон в случае его смерти получит большую часть имущества.
- Следовательно, у Майры тоже есть веская причина желать, чтобы мужа обвинили в преступлении?- язвительно заметил я.
- Там, где замешаны деньги, всегда есть мотив для убийства.
После подобного высокопарного заявления Конканнон замолк. На протяжении нашей странной беседы он, казалось, искал в моих словах подтверждение каких-то своих тайных умозаключений, но я был слишком взбешен, чтобы проявлять осторожность. Конканнон получил то, что хотел, но все еще казался настороженным. Я почувствовал, что он чего-то ждет.
- Знаете,- начал я через некоторое время,- полагаю, вы все это время выдумывали всякие небылицы. Болтали первое, что на ум взбредет. Пудрили мне мозги, чтобы просто поразвлечься.
Конканнон, заерзав в кресле, криво улыбнулся и открыл было рот, собираясь что-то сказать. В это мгновение на улице грохнул сдвоенный выстрел. Мы с офицером выскочили из комнаты. "Господи!- пронеслось у меня в голове.- Фларри застрелился!"
Выбежав на мощеный двор за домом, мы столкнулись с Шеймусом, важно шествующим с двустволкой а одной руке и большой лисицей в другой. Дождь прекратился.
- Наконец-то я ее поймал!- улыбнулся управляющий.- Кур воровала. Такая смелая! Никогда бы не подумал, что она проделывает это средь бела дня.
- Хорошо, что у тебя было с собой ружье,- сказал Конканнон.
Не успели мы вернуться в дом, как зазвонил телефон. Я услышал, что Фларри пошлепал из комнаты с удочками к аппарату. Потом он завопил:
- Это тебя, Конканнон!
Меня оставили одного в гостиной. Не знаю, почему это видение посетило меня именно тогда, но я был просто потрясен, вообразив, как проснулся в своей маленькой спальне, объятой пламенем. Кровать горит, окошко слишком мало, чтобы протиснуться сквозь него, в отчаянии и агонии мое тело скручивается в огне, словно сухой листок.
Когда вернулся Конканнон, мне показалось, будто он спас меня из горящей печи или из захлопнувшейся ловушки. Выглядел детектив почти благодушно.
- Я вынужден откланяться,- заявил он, потирая руки.- Знаете, мистер Эйр, вы ужасно упрямый человек.
- Неужели?- вежливо произнес я.
- Скажите мне, что еще могла делать Гарриет Лисон, лежа обнаженной у реки, если не поджидать своего любовника?- насмешливо спросил детектив.Загорать? Вы все еще утверждаете, что не назначали ей свидания в ту ночь?
Я отрицательно покачал головой.
Странная, гипнотическая, почти напевная интонация появилась в его тоне.
- Вы невиновны во всем остальном. Почему вы скрываете от меня это? Почему?
Я сохранял молчание.
- Тогда я сам скажу почему,- проникновенно говорил старший офицер.- Вы не можете простить себе, что оставили ее там на произвол... Вы никогда не сможете забыть, что порвали с ней в конце концов. Никогда. Вы внушаете себе, что все случилось не из-за вашего расставания. Но ничего не выйдет. Вы будете носить шрамы от ее ран в своем сердце всю свою жизнь. Мне жаль вас.
Еще минута, и я бы доверился этому удивительному человеку. Но тут снова звякнул телефон.
- Это тебя, Доминик!- крикнул Фларри.- Майра хочет поговорить с тобой.
Я был рад ускользнуть от разрушительных уловок Конканнона. Но беседа с Майрой меня ничуть не успокоила. Она произносила слова, как автомат:
- Доминик, вы не могли бы немедленно приехать ко мне. У меня большое горе.
- Да, конечно,- успокоил я его.- А в чем дело?
Она потеряла самообладание и разрыдалась:
- Кевина арестовали!
Глава 13
