– У нас больше независимости от верховной власти, чем у вас, – лишь пожала плечами я.
Ростонд и Сарривия сильно отличались друг от друга, но и были сильно похожи. Язык у нас был почти одинаковый, вся разница лишь в говоре и произношении никоторых слов, но управлялись страны по-разному. И в стародавние времена нередко воевали друг с другом.
– И когда начнётся ярмарка? – спросил Руслан.
Тишка, после выяснения отношений, не отходил от паренька ни на шаг. Пёс привык, что вне дома надо хранить молчание, но с мальчишкой был особенно разговорчив, а теперь ещё и привязался к нему. Почти как ко мне. Надеюсь.
– Мы как раз успеваем на открытие, – улыбнулась я, представляя, какой удивится дядя Зорий.
– Мы отправимся на ярмарку? – удивился Дмитрий. – Мне казалось, мы хотели обходить людные места, чтобы не привлекать внимания.
– Это будет лучшее прикрытие, – терпеливо пояснила я. – Все знают, что царевна Анна любит Близгорск и его ярмарки. Остановившись на денёк-другой в княжеской усадьбе, мы сможем исчезнуть из поля зрения, когда ярмарка будет в самом разгаре.
– И сколько это займёт времени?
– Ненамного больше, если бы мы не заворачивали к дяде. Это самая прямая дорога, к тому же по объезженному тракту. Сегодня мы остановимся в Сотенке, от неё к этому тракту идёт большак. Завтра переночуем в придорожном трактире, а послезавтра уже будем в Близгорске. Потом нам придётся набрать больше снеди, потому как к Горам Ночи путь предстоит не близкий, да к тому же лесами, где мы сможем располагать лишь зимовьем и избушками лесников.
Спорить со мной Дмитрий не стал, а лишь сказал, что до Сотенки не отказался бы почитать мои учебные записи.
– Надо же с чего-то начинать готовиться, – был ответ на мой вопросительный взгляд, и царевич протянул руку.
До Сотенки мы добрались, когда уже спустились сумерки. Найти ночлег не составило труда, здешние жители привыкли, что весной и осенью к ним стучатся с просьбой приютить на ночь.
Нас угостили козьим молоком и остывшим, но свежим хлебом. Я посчитала оставшиеся деньги и решила, что до Близгорска нам должно хватить, а там можно будет взять у дяди в долг. Хотя в лесах деньги нам и не понадобятся.
***
Проснулась я от того, что солнце самым наглым образом светило мне в глаз. А ещё за окном раздавались странные звуки. Я уже было подумала, Руслан снова учит Дмитрия колоть дрова, но поняла, что звуки совсем другие. Я уже говорила, что моё женское любопытство родилось раньше меня?
Я вскочила с кровати и бросилась к окну. На этот раз моему взору предстала картина точно такая же, как в первой деревне, где мы ночевали. Только… наоборот.
Во дворе, прямо перед моим окном, Дмитрий и Руслан устроили состязание на… мечах! Только моё богатое воображение могло назвать сие действо «состязанием». Мечи-то были, но вот управляться с ними умел только Дмитрий. Руслан же с безумными глазами размахивал моим оружием, напоминая бешеного зайца, вышедшего бороться с матёрым медведем.
Я уселась на подоконник, скрестив ноги, и начала наблюдать за битвой. По поводу того, что мой меч позаимствовали без моего согласия, решила высказать недовольство позже.
События развивались стремительно. Дмитрий пытался объяснить Руслану, как правильно держать в руках меч, показывал сам. Мальчишка вроде всё делал правильно: стойка, ноги пружинят, спина прямая. И всё же выглядел нерасторопным и неуклюжим. Парнишка ловко обходился с дровами, вкусно готовил и знал чуть ли не все названия трав и их применение, но биться на мечах не умел. Да оно и понятно: живя в лесной избушке на курьих ножках с бабушкой не то, что на мечах сражаться не умеешь – драться не научишься.
Дмитрий объяснял медленно и доходчиво. Показывал приёмы и выпады. Руслан кивал и говорил, что всё понятно, но как только сам брался за меч, снова превращался в неуклюжее создание.
Я тихонько хихикала над тем, как из рук Руслана вылетал меч. Дмитрий хватался за голову и метал такие грозные взгляды на паренька, что никакой меч был не нужен. Тот только разводил руками.
Вот Дмитрий снова подаёт меч мальчишке. Показывает, что нужно делать, чтобы отражать следующие выпады. Руслан с умным видом кивает и встаёт на исходную.
Первый удар отражён. Руслан поднимает меч высоко над головой, чтобы начать атаку, но… меч его просто перевешивает! Парнишка приземляется на мягкое место, а меч, жалостливо дзынькнув и подпрыгнув, падает рядом с его левой рукой.
Я закрыла рот руками, чтобы меня никто не услышал и не заметил, но вскоре уже держалась за живот и умирала со смеху, грозясь вывалиться из окна в цветочные клумбы как раз под ставнями. Ребята, услышав надрывный хохот, обернулись. На лице Руслана мелькнуло столько досады, а у Дмитрия – ехидного самодовольства, что я всё-таки свалилась в цветы, переломав сразу половину. Моё высочество никто не торопился поднимать, поэтому пришлось выбираться самой.
