– Как именно? – полюбопытствовала я. – Я ведь не могу остаток жизни провести под замком или под вашим пристальным наблюдением. Это как-то… странно.
Светлые глаза темного лорда внезапно потеплели. В них заплескался затаенный смех, как будто его позабавили мои слова.
– Вообще-то, одна идея у меня есть. – Максимилиан внезапно взял – и лукаво подмигнул мне. – Если все пройдет так, как надо, то Даг навсегда от тебя отстанет. Уж это я тебе гарантирую.
Я даже приподнялась немного, настороженная странными нотками, проскользнувшими в голосе лорда. Как будто он с трудом сдерживал смех.
Интересно, что он задумал и почему заранее так веселится? Нет, обещание Максимилиана мне очень даже понравилось. Но все-таки хотелось бы знать хоть какие-то детали. А то мало ли.
– Ни слова пока не скажу, – предугадал мой следующий вопрос Максимилиан. – И вообще. Спи, Хельга. Сегодня был очень тяжелый день, но и завтра я тебе отдыха не обещаю.
– Но… – попыталась возразить я.
– Спи. – В голосе лорда прорезались бархатные вибрирующие нотки. – Ничего и никого не бойся. Я побуду с тобой немного.
Мои глаза сами закрылись, и я мягко и без сопротивления соскользнула в глубокий сон.
Последнее, что я запомнила: как лорд Детрейн укрывает меня теплым тяжелым одеялом.
По давней привычке, выработанной за два года жизни в пансионе, я проснулась очень рано. С некоторой опаской распахнула глаза, готовая увидеть Дороти, замершую около моей кровати и разглядывающую меня.
Но, хвала всем богам, домоправительницы в комнате не было. Я с немалым облегчением перевела дыхание. Затем обрадовалась еще сильнее, обнаружив, что лежу по-прежнему одетая. Стало быть, лорд Детрейн все-таки не стал раздевать меня, когда я заснула. С него бы сталось. А я бы потом от стыда умирала в его присутствии.
Мое скромное шерстяное платье, конечно, после столь бурной ночи было измято напрочь. И с тяжелым вздохом я встала, осознав, что надлежит срочно привести себя в порядок.
После горячего душа и ледяного умывания я облачилась в халат, который был непомерно велик мне – так, что его полы волочились своеобразным шлейфом по полу. Затем, шлепая босыми ногами, вернулась в комнату и распахнула платяной шкаф. Замерла перед ним в задумчивости.
Собственно, особого выбора нарядов у меня не было. Одно платье я оставила в ванной, второе, переменное, висело сейчас передо мной. Почти точно такое же, как и первое. Но еще унылее и темнее. Даже вместо белых кружевных манжет и воротничка тут были темные, уже малость поистрепавшиеся.
А ведь сегодня мы должны ехать к Эмилии. Опять весь день буду чувствовать себя серой мышкой на фоне прекрасно одетой дамы из высшего общества.
– Хельга!..
Я вздрогнула от неожиданности и обернулась, услышав громкий оклик за спиной. Первым моим желанием было юркнуть обратно в ванную, но поздно.
Лорд Детрейн в пару стремительных шагов преодолел разделяющее нас расстояние. Отрывисто бросил:
– О, ты уже встала! Отлично. А то я боялся, что с трудом растолкаю тебя.
– Я уже говорила, что привыкла к ранним подъемам, – сказала я, чувствуя себя ну очень неловко.
Да, конечно, на мне был огромный бесформенный халат, который надежно скрывать все очертания моей фигуры. Но все равно как-то не по себе от мысли, что посторонний мужчина видит меня в таком виде: с растрепанными после умывания влажными волосами, без нормальной одежды, босую…
И я с досадой ощутила, как щеки тронула теплота смущенного румянца.
– Ломаешь голову, какой наряд выбрать? – Максимилиан с любопытством заглянул в шкаф, дверцы которого я не успела захлопнуть при его появлении. С легким недоумением присвистнул и протянул недовольно: – Да, негусто.
– Простите, – зачем-то извинилась я.
Испуганно замерла, вспомнив, что намедни уже дважды получила строгий выговор за свое обыкновение по поводу и без оного просить прощения.
Как и следовало ожидать, Максимилиан немедленно вперил в меня негодующий взор. В его светлых глазах полыхнула злость, уголки губ поползли вниз от раздражения.
– Хельга, опять начинаешь? – прошипел он. – Мне казалось, что вчера мы подробнейшим образом обсудили эту твою на редкость дурную привычку. И ты вроде как согласилась, что больше не будешь так делать.
Я виновато понурилась, торопливо прикусив язык, на кончике которого так и вертелось очередное «простите».
– Ну вот что мне с тобой делать? – посетовал Максимилиан. – Когда ты стоишь передо мной такая маленькая, нахохлившаяся, словно птичка, и перепуганная до полусмерти, то даже злиться я на тебя не могу. Хочется…
И запнулся, почему-то не завершив фразу.
Неожиданно я почувствовала, как он приласкал большой теплой ладонью мою щеку. Провел по ней, убрал упавший на лицо локон за ухо, и подушечка его большого пальца словно невзначай коснулась моих губ.
– Лорд Детрейн… – чуть слышно выдохнула я, не понимая, что он задумал.
Его рука слегка опустилась, придержала мой подбородок, и я послушно подняла голову. Растерянно заморгала, уставившись в непроницаемые прохладные глаза темного лорда.
– Что вы делаете? – спросила тихо.
