– Леди Клейд очень просила меня, чтобы об ее сыне позаботились… – начала робко я.
Осеклась, услышав негромкое, но внятное ругательство, слетевшее с губ Дагмера.
Он вдруг остановился, да так неожиданно, что я по инерции едва не врезалась в его спину. Затем круто развернулся, крепко взял меня за плечи и не больно, но ощутимо сжал их.
Я испуганно захлопала ресницами, не понимая, что происходит.
– Слушай, девочка моя, не действуй мне на нервы, – процедил Дагмер, разглядывая меня сверху вниз с немалой долей пренебрежения. – Моя работа заключается в совершенно ином. Я не обязан нянькаться с каждым ребенком, который потерял родных в результате тех или иных преступлений. Но я обязан эти преступления раскрывать. И делать это как можно скорее, пока не пострадал еще кто-то. Если я на все плюну и примусь развлекать несчастного мальчишку – то, скорее всего, убьют еще кого-нибудь. Сейчас каждая минута на счету. Уж больно разошелся этот Гильом. Поняла?
И еще раз тряхнул меня.
– Да, – пискнула я.
– Вот и закрыли тему, – зло бросил Дагмер. Сделал паузу и внезапно добавил чуть мягче: – Не переживай. Я уверен, что с мальчиком все будет хорошо. Обязательно найдется какой-нибудь дальний родственник, который захочет стать его опекуном. С такими деньгами он в государственный приют точно не попадет.
После чего так же резко выпустил меня из своей хватки и отправился дальше по коридору.
Не могу сказать, что его слова меня успокоили. Но немного приободрили точно. И я последовала за ним.
Идти пришлось недолго. Сразу после лестницы Дагмер свернул к одной из комнат, двери которой были распахнуты настежь. Правда, перед нею притормозил и с широкой улыбкой взмахнул рукой, предлагая мне зайти первой.
Я опасливо вошла внутрь. Завертела головой по сторонам и с немалым облегчением перевела дыхание, не увидев внутри ничего подозрительного. А то с Дагмера бы сталось привести меня прямо к телу Эмилии.
Но нет. Комната больше всего напоминала какой-то кабинет, правда, где владелец не деловой мужчина, а, скорее всего, женщина, вынужденная вести хозяйство без помощи супруга. Рабочий стол около окна. Несколько шкафов, но не со старинными книгами, а с дешевыми любовными романами, если судить по цветастым бумажным обложкам. Секретер, заваленный какими-то документами. Пару пуфиков, удобный диван.
– Что так долго? – с некоторым подозрением спросил Максимилиан.
Он как раз лениво изучал бумаги, стоя около секретера.
– Так получилось, – коротко бросил Дагмер. – Нашел что-нибудь?
– Куча счетов, еще больше каких-то глупейших и слезливейших женских романчиков, которые стали вдруг так популярны в обществе, огромное количество магиснимков сына. И все.
– Ну что, тогда воспользуемся уникальным даром твоей подопечной? – как и следовало ожидать, немедленно предложил Дагмер. Одарил меня кровожадной ухмылкой.
Я тоскливо поежилась. Не хотелось мне призывать дух Эмилии. Очень не хотелось. И вообще. Слишком часто в последнее время я тревожу покой мертвых. Это нехорошо.
– Успеется, – неожиданно возразил Максимилиан. – Пусть Хельга сначала расскажет, что ей уже поведала Эмилии. Ты же с ней беседовала на пороге дома, не так ли?
– С ней, – кивнула я. Кашлянула и полюбопытствовала: – А как она умерла?
– Так же, как и Доминик с мэтром Хайлиным, – ответил Максимилиан. – Никаких видимых ран на теле. Только выражение предельного страха на лице. И, кстати, никаких амулетов я не обнаружил. Ее явно убили магией.
– И тот, кто, возможно, имеет к этому отношение, улизнул прямо из-под нашего носа, – проворчал Дагмер.
– Не понимаю, – протянула я, сосредоточенно сдвинула брови и прошлась по комнате.
– Что именно ты не понимаешь? – оживился Максимилиан. Проворковал бархатно: – Я готов внимательно выслушать твои соображения.
– Слушай, приятель, ты явно не о том ее расспрашиваешь, – раздраженно фыркнул Дагмер. – Пусть выкладывает, что ей Эмилия рассказала. А выводы будем делать мы.
– Нет, ты не прав. – Максимилиан осуждающе покачал головой. – Дагмер, вообще-то, Хельга весьма здраво и интересно рассуждает. Она и до этого подкидывала мне занимательные идеи для обдумывания. Поэтому я бы хотел сначала выслушать, что ее насторожило.
– Пф-ф! – Дагмер возмущенно фыркнул воздухом во все стороны. Мученически закатил глаза к потолку, постоял так пару секунд, затем глянул на друга и с сарказмом проговорил: – Макс, не узнаю тебя. Неужели ты действительно считаешь, что эта пигалица сумеет сказать нечто дельное?
– Эта пигалица, между прочим, первая заподозрила дворецкого леди Клейд, – невозмутимо парировал Максимилиан. – Я понимаю, что твое безмерное самомнение сильно задето этим фактом. Мое, кстати, тоже. Но это не означает, что надо делать вид, будто ничего не произошло. И я бы очень хотел выяснить, какие именно детали помогли Хельге вывести дворецкого на чистую воду.
На острых скулах светлого лорда по мере слов Максимилиана медленно, но верно разгорались яркие чахоточные пятна раздражения. Было очевидно, что ему очень не понравилось услышанное. И на какой-то миг почудилось, будто вот-вот Дагмер взорвется возмущенным криком.
