Однако ему удалось совладать с эмоциями. После недолгой паузы лорд Гессен неохотно кивнул.
– Валяй, детка, – обронил, обращаясь ко мне. – Итак, почему ты заподозрила Гильома во всяких гнусностях?
И вперил в меня тяжелый немигающий взор.
Я немедленно заволновалась. Украдкой вытерла вспотевшие от волнения ладони о колючее сукно платья.
– Вы вчера устроили ему настоящий ментальный допрос, – начала я негромко, чувствуя себя донельзя неуверенно в пересечении взглядов двух лордов. Ох, как будто сама на допрос угодила! – И были уверены, что он после этого несколько дней будет, мягко говоря, не в форме. Однако сегодня он встретил нас совершенно здоровым и активным.
– У каждого свой уровень регенерации сил, – буркнул Дагмер. – Кто-то восстанавливается быстрее, кто-то медленнее. Не особо убедительно.
– Это во-первых, – упрямо продолжила я. – Во-вторых, дворецкий назвал меня по имени и фамилии, тогда как вчера точно их не слышал.
– Тем более не аргумент. – Дагмер покачал головой. – Он вполне мог услышать все это от Эмилии. Ей-то тебя представили точно. Что еще?
Я прикусила нижнюю губу, отчаянно раздумывая, стоит ли продолжать.
Было и самое важное доказательство. Слова покойного мэтра Хайлина, который до безумия боялся дворецкого леди Клейд. Дагмер сам вчера сказал, что именно Гильом и сопровождал хозяйку в лавку к целителю. Но… Я ведь вчера не передала лорду Гессену весь разговор с душой мэтра. Такую важную деталь предпочла оставить при себе с молчаливого одобрения Максимилиана. И сейчас, боюсь, будет большой скандал, если это откроется.
Максимилиан, к слову, уже догадался о причинах моего замешательства. Ему-то я вчера передала все содержимое беседы с мэтром. Вон как досадливо дернул уголками рта. Понимает, что я угодила в западню, но и помочь мне никак не может.
– Что примолкла? – с нескрываемым подозрением осведомился Дагмер. – Продолжай! Что «в-третьих», детка?
– Ничего, – быстро ответила я.
Видимо, слишком быстро, потому как в темных глазах лорда немедленно вспыхнул жаркий огонь сомнений.
– Да что ты к ней пристал? – хвала небесам, все-таки пришел ко мне на выручку Максимилиан. – По-моему, и двух этих соображений с избытком. Особенно если приплюсовать к ним побег негодяя. Хельга сделала предположение. И не ошиблась в нем. Все-таки интуиция у женщин, согласись, развита гораздо лучше.
– Я не верю в интуицию, ее к делу никак не пришить, я верю в доказательства.
Лорд Гессен еще некоторое время, показавшееся мне настоящей вечностью, пристально вглядывался в меня, как будто ожидал, что я не выдержу эту своеобразную пытку и расколюсь. Но я терпела, к концу совершенно раскрасневшись от разбушевавшегося волнения.
– Темните вы оба. – Дагмер досадливо цокнул языком. – Ох, как темните! Если, Макс, ты хоть на пару минут оставишь меня наедине с этой цыпочкой…
– Ага, разбежался, – грубо оборвал его Максимилиан. – Дагмер, надеюсь, Хельга сумела тебя хоть немного удивить?
– Самую капельку, – кисло признался Дагмер. – По-настоящему она удивит меня тогда, когда я с ее помощью допрошу Эмилию. Поэтому я бы предпочел заняться именно этим.
– Увы, не получится, – честно сказала я.
Дагмер дернул щекой, как будто сгонял невидимого комара.
– Дай угадаю, – еще кислее проговорил он. – Ты опять не чувствуешь присутствия ее души. Верно? – Дождался моего кивка и язвительно завершил: – Надо же, какой у тебя избирательный дар! Как только я оказываюсь рядом – так он почему-то мгновенно отказывает тебе. Очень удобно!
«Потому что дело не во мне, а в вас».
Но вслух я это, понятное дело, не сказала. Не стоит накалять обстановку. Лорд Гессен и без того раздражен без меры.
– Так что тебе рассказала Эмилия? – все-таки спросил Дагмер. Тут же продолжил: – А впрочем, не утруждай себя! Я и так угадаю. Она была очень напугана, еще не понимала, что переселилась в другой мир, поэтому толком ни на какие вопросы не ответила. Но очень, очень просила тебя позаботиться о сыне.
Я стыдливо потупилась, угадав в его тоне ядовитый сарказм. Считай, практически дословно передал мои вчерашние слова по поводу беседы с упокоенным мэтром Хайлином.
– Это просто невыносимо! – вслух пожаловался Дагмер.
После чего в очередной раз закатил глаза. Несколько раз глубоко и шумно втянул в себя воздух, отчетливо раздувая тонкие ноздри. Как будто гончая, которая брала след.
Воспользовавшись удобным моментом, я посмотрела на Максимилиана. Тот, заметив мой интерес к себе, вопросительно дернул бровью. Была еще одна деталь, которая показалась мне любопытной в поведении Эмилии и ее дворецкого. Но я не знала, стоит ли рассказывать об этом лорду Гессену.
«Лучше помолчи пока, – в тот же миг отчетливо прозвучало в голове. – Вижу, что тебя так и распирает от желания еще что-то рассказать. Не стоит. Дождись, пока мы останемся наедине».
– Вообще-то, я могу почувствовать, когда кто-то в моем присутствии общается мысленно, – холодно обронил Дагмер.
Открыл глаза и на этот раз уставился с немалым возмущением на Максимилиана.
