— А что так?! Прошла любовь, завяли помидоры?! — едко выплевывает, будто я стала виновницей падения нашей семьи. От его тона внутренности скручиваются с такой силой, что я жадно вдыхаю кислород, чтобы облегчить это состояние, но мне ни капли не помогает. Только хуже становится. Ощущение такое, словно меня всю потрошат, не спрашивая на то разрешения. — Ты уже давно не маленькая девочка, Маша, и должна понимать взрослую жизнь. Твои обидки — временное помутнение. Мы — семья…
— Семья?! Игорь, ты в своем уме?! О какой семье ты говоришь?! — срываюсь на истерику, не вынося его наглости. — Ты в нашу постель другую притащил!
— Успокойся.
— Успокойся?! Да пошел ты! — дергаю ручку, но Игорь блокирует двери. Взрываюсь ревом, ощущая, как по щекам стекают горячие слезы. — Выпусти меня!
— Успокойся, я сказал! — верчу головой, отказываясь смотреть на него. Вся выдержка улетает в трубу за считанные секунды. — Я вливал деньги в проект твоего папочки. Продолжишь истерику, оставлю его без гроша в кармане, поняла? — запускаю пальцы в волосы и крепко сжимаю их у самых корней. — Не слышу. Поняла?
— Какая же ты сволочь…
— Не слышу ответа. Ты поняла меня?
— Да. Поняла.
— Хорошо, — поворачивает ключ в зажигании, — обедать будем в ресторане с Резниковым. Ты должна выглядеть на все сто, и будь так добра, улыбку на лицо натяни.
Мои проблемы теряются в пространстве, стоит Леониду оказаться рядом. Его запах заполняет легкие и оседает в них ядовитым порошком, парализуя к чертям все функции головного мозга. Паша с его сообщениями исчезает в неизвестном направлении, и все, о чем я могу думать, — почему сводный брат действует на меня, как красная тряпка на быка? Нет, он всегда меня раздражал, но в данный момент я ловила себя на том, что нагло рассматриваю его лицо, руки, широкие плечи и даже зубы, когда на смазливой физиономии появляется улыбка. Я не могла отвернуться даже в то мгновение, когда Лёня ловил меня на подглядывании. Вроде нужно бы изобразить отсутствие интереса, но, с другой стороны, с чего бы так позорно капитулировать? Он ведь все равно меня поймал с поличным…
Я старалась меньше с ним контактировать и хоть как-то сосредоточиться на своих желаниях. Раньше я хотела посвятить себя сцене, да и сейчас с трудом представляла себя в другом амплуа. Только после случившегося я замерла в одной точке и не знала, в каком направлении двигаться дальше, и нахождение поблизости Фила никак не помогало, скорее наоборот сбивало с истинного пути. Я злилась, не имея на то веской причины, и отвечала сводному резко, порой грубо, за что получила от бабушки. В общем, в кровать я легла не в самом лучшем расположении духа. Бездвижно лежала и считала воображаемых овец, стараясь не обращать внимания на то, что в метре от меня находится Лёня. Игнорировать его присутствие не удавалось, и я сдалась, глубоко вдохнув приятный аромат. Что же такое…
— Перестань так громко дышать! — бросила в темноту и перевернулась на другой бок, чтобы хоть как-то облегчить свое состояние. Не удалось…
— Завтра заедем в аптеку, — спокойно ответил Фил, слегка хрипловатым голосом. Видимо, мистер Позитив намыливался сладко спать в отличие от меня.
— Зачем?
— Куплю тебе таблетку успокоина. Может, тогда полегчает, — усмехнулся гад, а я стиснула зубы с такой силой, что в голове зазвенело. Чтоб тебя, чертов сводный братец!
Его дыхание было тихим и равномерным, а мое частым и прерывистым, потому что злость внутри разрасталась очень стремительно, и когда со стороны Фила раздался мирный храп, я схватила подушку и со всей силы зарядила по его тушке.
— Ярик! — рыкнул и метнул мое орудие мести обратно. Прилетело в цель — по голове.
— Ты храпишь! — зашипела в ответ и снова кинула ему перьевую гранату.
— И что ты предлагаешь?! Сейчас съездить за успокоительным?
БАХ! Подушкой прямо в мое разъяренное лицо! Ух-х-х!
— Подожди, пока я усну, потом храпи, сколько твоей душеньке угодно!
БОМБА! Фил тихо выругивается. С его стороны раздается шорох, и я напрягаюсь всем телом. В комнате тьма, и я могу лишь предположить, где находится сводный брат. Выпрямляюсь и слышу, как мое сердце одичало ворочается за ребрами, пытаясь нормально функционировать.
— Хватит с меня этой поездки, — раздается неподалеку. Дзинь! Он снова безошибочно сотрясает мои мозги, подогревая ярость.
Я поднимаюсь на ноги, переставая дышать, потому что, вроде как, громко это делаю, и на цыпочках крадусь к раскладному креслу, на котором Лёня уместил свое тело. В крови бушует какой-то жгучий азарт, словно я сейчас переступлю красную черту, после которой нет пути обратно. Сглатываю слюну и оказываюсь в плену горячих рук. Леонид ловко ловит мое неуклюжее тельце, откидывает в сторону подушку, а меня, не смотря на активное сопротивление, кидает на кресло и зажимает сверху собой.
