Как и любой человек, осознавший, что все его прошлое состоит из одних ошибок, я захотел все изменить. Не исправить, а именно изменить, ведь исправить ничего уже было нельзя.
Я захотел пожить по-людски. По сравнению с тем, сколько уже прожил, недолго – примерно лет двадцать. Вполне достаточно для того, чтобы успеть жениться, вырастить сына, вновь почувствовать себя любимым и растопить ледяную корку, сковавшую мое сердце.
В моей общине как раз осталось чуть больше двадцати человек, хотя сам поселок стал довольно крупным. В последние годы его наводнили геологи, и для них было выстроено несколько бетонных двухэтажек – тогда эти огромные дома казались мне сказочными дворцами. Пошли слухи, что в окрестных местах вскоре начнется разработка газовых месторождений, поэтому я подозревал, что однажды вход в мое подземелье может оказаться в запретной зоне. Надо было действовать, но я все никак не мог решиться, меня страшила мысль о том, что придется уехать отсюда навсегда, мне казалось, что я прирос к этой поганой земле и сразу после отъезда погибну, как вырванное с корнем дерево.
Из-за этих колебаний я чуть не пропустил осеннее равноденствие. Опомнился лишь, когда слег с почерневшими конечностями, и с ужасом понял, что не смогу самостоятельно добраться до Лунного Чертога. Люди, узнав о моей болезни, стали просить меня выбрать преемника и показать ему путь в Лукоморье, чтобы тайна перехода не ушла со мной в могилу. Они все еще верили в то, что я увожу всех достойных в лучший мир. Мне было так плохо и мерзко на душе, что я едва не выболтал им правду, но язык отказался меня слушаться. Зато, когда я решился, наконец, потребовать, чтобы меня отнесли в подземелье, язык не подвел, и все получилось.
2001-2021гг.
Вернувшись из Лунного Чертога в поселок (в одиночестве и в полном здравии), я узнал от соседей о том, что приезжала районная администрация и предупредила всех жителей о предстоящем расселении. Новость меня не расстроила. На следующий день я был далеко от этого места, в моей дорожной сумке лежал носок, набитый алмазами, а в душе теплилась надежда на то, что мне удастся урвать у своей злой судьбины хотя бы крошечный кусочек человеческого счастья.
