Лиловый рай. Роман. Том первый полностью

Он только пошёл навстречу, как Линн остановила его.

– Подожди. Я сейчас принесу постелить что-нибудь. У меня тут всё схвачено, малыш, всё под контролем!

С быстротой молнии скрывшись в подсобном помещении, она выволокла оттуда стёганое одеяло с индейским орнаментом, бросила его на пол неподалёку от прислонённой к стене груды картин и ловким движением стянула с себя бриджи и маленькие розовые трусики. Верх Линн снимать не стала и, оставшись в тунике, но с голой попкой, что выглядело и забавно, и притягательно, прилегла на одеяло, призывно раздвинула ноги и проворковала с ласковой и одновременно требовательной интонацией:

– Ангелочек, иди ко мне. Линн хочет любить тебя.

«Я, наверное, всегда буду заниматься любовью на полу, – подумал Майкл, вспомнив о своих первых встречах с Джейн. – И где здесь, чёрт возьми, можно помыться?»

– А как же… как мы… – забормотал он, не двигаясь с места.

– Не поняла?

– Здесь есть… где помыться?

Линн засмеялась, скрестила ноги и присела на одеяле.

– Парень, ты случайно не Дева по гороскопу? – по-прежнему смеясь, спросила она.

– Дева, – усмехнулся Майкл.

– Оно и видно. Всё по полочкам, всё по схеме. Ха-ха. Терпеть не могу Дев, особенно Дев-мужиков, но с сегодняшнего дня, чувствую, кардинально изменю своё отношение к ним. А в какой год ты родился? Под каким знаком?

– Я Обезьяна.

– Адская смесь! – заключила Линн.

– Мои проблемы не в этом, – пояснил Майкл. – Мои проблемы в чудовищном перфекционизме. И я не люблю нарушать последовательность.

– Ещё и аутист, – пожала плечами Линн. – Хороший диалог у нас. Ты стоишь передо мной, а я лежу напротив с голой задницей. Это не просто сюр. Это суперсюр.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнил он.

– О чёрт! Ну ты и зануда! Есть, конечно! У Линн всё схвачено, парень, я же сказала. Ко мне полквартала бегает в туалет. Нет, не подумай, что у меня здесь проходной двор. Все, кто им пользуется, приносят мыло и туалетную бумагу, а Кармен ещё и регулярно убирается по утрам за дополнительную плату из общего кошелька. У нас тут, считай, коммуна! О мой бог, о чём мы говорим?

– Вот и я думаю – на что мы тратим время? – спросил мгновенно успокоившийся Майкл и, сбросив верхнюю одежду, из кармана которой предусмотрительно достал пару презервативов, лёг на одеяло и решительно подмял Линн под себя.

Он впервые имел дело с такой темпераментной девушкой. И дело тут было вовсе не в том, что он завёл её своей внешностью или тем, что самонадеянно считал своим умением, а в том, что в момент, когда Линн оказывалась в непосредственной близости от мужчины, она переставала нуждаться в его особом подходе, внешности, уме или обаянии, потому что, чтобы потерять голову, Линн, по её собственному выражению, хватало «наличия штанов».

Опасную черту, за которой Линн переставала себя контролировать, она старалась не переходить, поскольку отлично знала о своей слабости. Сколько раз иной покупатель вздрагивал, когда симпатичная весёлая хозяйка магазинчика вдруг отскакивала от него.

– Не обращайте на меня внимания, – виновато улыбаясь, говорила Линн в таких случаях. – Что-то ужалило в спину. Наверное, жук заполз. И откуда он взялся здесь, ума не приложу?

Однажды на неё накатило прямо в кабине лифта. Потом была куча неприятностей, потому что мужчина оказался редким занудой и подал на неё в суд за сексуальное домогательство. По решению не сдержавшего ухмылки судьи Линн пришлось заплатить немаленький штраф и ещё сорок два дня посещать курсы по подавлению гиперсексуальности. Неизвестно, что именно помогло – выплаченные деньги, которые она зарабатывала с огромным трудом, или курсы по подавлению, но с тех пор Линн старалась без особой надобности не ездить в лифтах в компании одиноких мужчин.

Правда, к Майклу слабости Линн не имели прямого отношения. Она захотела бы его при любых обстоятельствах, в любое время и, конечно же, без всяких скидок на гиперсексуальность.

– Я тащусь от тебя, – шептала она и прижималась к нему так рьяно, что мешала самой себе заниматься непосредственно тем делом, ради которого оказалась среди бела дня на полу собственного магазина.

Обоюдные жаркие ласки привели к тому, что Майкл с величайшим трудом заставил себя сдержаться, чтобы не завершить любовный акт сразу же после того, как овладел ею.

– Прости, я не смогу долго терпеть – задыхаясь от страсти, прошептал он, вовсе не уверенный в том, что Линн слышит его, но она услышала и махнула рукой. Жест этот, одновременно залихватский, будто она хотела сказать: «Эх, где наша не пропадала!» – и обречённый, как если бы Линн добавила: «Ну вот, я знала, что ты так скажешь!» – тем не менее послужил разрешительным сигналом, и, содрогнувшись, Майкл простонал.

А следом и Линн подхватила эстафету финальной гонки за наслаждением, и небольшое пространство магазина наполнилось дробным мелодичным возгласом.

– А-а-а-а-а-а-а-а-х-х-х-х! – зазвучала взятая в момент оргазма нота в их коротком, но бурном любовном дуэте.