Лиловый рай. Роман. Том первый полностью

Гонсало и Инес перестали спать в общей спальне ещё до скандала и последующего бегства Майкла, а уйти жить в другую комнату Гонсало решил в тот день, когда, столкнувшись с Инес на пороге спальни, битых десять минут отстаивал своё право войти внутрь первым.

– Ненормальная баба! – плюнул он в сердцах после того, как, изрядно помятый схваткой, всё-таки победил её. – Ноги моей здесь больше не будет! Чтоб ты подавилась!

С того дня он перешёл в бывшую комнату одного из сыновей. Служанки разместили вещи в большом старом шкафу, застелили свежими простынями кровать с высокой спинкой, Хуан установил телевизор – и спальня Гонсало была готова.

Инес против перехода Гонсало не возражала, да и избиение во время скандала с Тересой, случившееся как раз вскорости, приняла как само собой разумеющееся. Ни ей, ни тем более остальным не пришло в голову жаловаться в полицию, ведь случившееся считалось семейным делом, и все принимали его как часть повседневной жизни. Правда, легче после скандала так и не стало. Напротив, Гонсало не желал мириться с Инес и объявил ей настоящую войну, которую Инес, как истинный боец, приняла со всей присущей ей решимостью.

Война между ними началась со взаимной слежки, и с той поры Гонсало стал раньше возвращаться из города, а Инес бросила заниматься домашним хозяйством.

– Пресвятая Дева, когда же ты их вразумишь? – обращалась Тереса к небесам, наблюдая, как Гонсало в очередной раз с удовольствием отменяет распоряжение, отданное Инес слугам.

– Они друг друга ненавидят, – охотно объяснял часто присутствовавший при разговорах женщин на кухне Майкл.

– Да, – соглашалась Тереса. – Ненавидят. А всё потому, что никто из них никогда не подлаживался к другому. А это неправильно. Если живёшь в браке до самой смерти, надо подлаживаться.

– А что значит «подлаживаться»? – интересовался Майкл.

– А это значит не быть глухим к ближнему, – объясняла Тереса.

– Какое странное слово, – удивлялся Майкл.

Неправда, что крепкий брак – это обязательно счастливый брак. Есть масса других вариантов для усиления крепости союза, и каждый из них при использовании накапливает свою критическую массу.

Хорошо, если двое накопили критическую массу в варианте сотрудничества.

А если это было соперничество, подавление или основанный на лжи компромисс?

Вы всю жизнь вместе, но так далеки друг от друга!

В отличие от отношений с Гонсало, отношения с Тересой у Инес после скандала остались, можно сказать, нормальными. Женщины просто делали вид, что не замечают друг друга, и старались не пересекаться на территории поместья. Проблемы, как ни странно, появились в отношениях Тересы с Гонсало, и по той причине, что он с неприятной для неё внезапностью вдруг решил, что должен уделять больше внимания Майклу.

С тех пор Тереса забыла о покое.

Сразу после завтрака Гонсало хватал Майкла в охапку, зычным голосом звал Хуана, и они ехали в город, где Гонсало водил Майкла по магазинам и покупал ему всякую всячину типа магнитов для холодильника, жвачек в виде сигарет и видеоигр для игровой приставки. По дороге в город и обратно он и Хуан сажали Майкла за руль и учили вождению, не обращая ни малейшего внимания на подстерегавшие их ещё неопытного ученика многочисленные дорожные опасности. Ещё в городе Гонсало водил Майкла в местный дом терпимости, где заставлял его ждать, пока сам уединялся в номерах с очередной красоткой, на диване в крошечном, заставленном цветистыми побрякушками холле, а следом вёл в бар, с гордым видом усаживал его там на высокий стул у стойки, заказывал воду со льдом и на вопрос, а не хочет ли малыш гринго лимонаду или колы, неизменно отвечал:

– Нет, не хочет. Малец не засоряет свой организм шипучками, не то что всякие там разные. Зато сигары курит, как заправский мачо. Правда, малец?

И, довольно топорща усы, слушал сыпавшиеся в ответ одобрительные фразы завсегдатаев, а Тересе ничего не оставалось, как волноваться, выглядывая периодически во двор и вслушиваясь в еле доносившийся с дороги шум редких машин.

– Приучает ребёнка к безделью, – качала головой она, стараясь отогнать работой роившиеся в голове беспокойные мысли.

Волнение Тересы страшно радовало Инес. Она становилась поодаль и начинала смотреть не на неё, а мимо, но обязательно в ту сторону, где стояла или сидела Тереса.

Постоит несколько минут, поглядит в неизвестность, усмехнётся – и уйдёт.

Тереса лишь крестилась в ответ, удивляясь собственной кротости.

Как бывает, когда между хозяевами возникает разлад, обитатели поместья приняли в войне между Инес и Гонсало самое активное участие, очень быстро переросшее в междоусобицы. Разгорячённые интригами, уже несколько раз дрались до синяков и шишек Гуаделупе и Лусиана.

В драках между ними, как правило, активно участвовал Хесус, но Инес не обращала на них ни малейшего внимания, и лишь Тереса могла по старой привычке оборвать резким окриком разбушевавшихся служанок и припечатать крепким словцом ошивавшегося возле них Хесуса.

Ей было не до слуг и их распрей.