Мастер Юнь Шу взял свиток, его пальцы бережно развернули древний пергамент. По мере чтения брови мастера поднимались всё выше: — Это… основы были утеряны даже для нашей школы. Откуда это у тебя?
— От хранителей. Они сохранили эти знания с предыдущего вторжения скверны, — Михаил коснулся амулета и хронометра на шее. — Эти артефакты усилили технику. Они резонируют друг с другом, создавая защитный контур.
Михаил инстинктивно проверил внутренний карман, где хранил свёрток с записями брата Тан Сяо. Последнее прикосновение к её жизни, помимо хронометра. От этой мысли в горле снова образовался ком.
Мастер Юнь Шу внимательно изучил артефакты, не касаясь их: — Парные предметы… Легенды времён прошлого вторжения упоминали о подобных реликвиях. Их использовали для создания печатей сдерживания. Это может быть ключом.
Вдруг земля под ними вздрогнула, словно огромное существо перевернулось во сне. Чаша для омовения рук у входа расплескала воду, по поверхности которой прошла рябь, сложившаяся в узор, напоминающий паутину.
— Началось, — голос мастера Ло звучал обманчиво спокойно, но его рука непроизвольно схватилась за рукоять меча. — Первая волна достигла внешних рубежей.
Мастер Юнь Шу выпрямился, его осанка изменилась, выражая ту внутреннюю силу, которая сделала его главой школы. В его голосе появились новые обертоны, заставлявшие слушать и подчиняться: — Все на позиции, согласно плану защиты. Ли Цзянь, займи место у главного потока. Используй свой дар, направляй течение.
Михаил кивнул и, не теряя времени, направился к реке. Выйдя из павильона, он увидел, как небо над восточной частью долины потемнело. Не облака — что-то чужеродное, искажающее саму текстуру воздуха. Плотность его менялась волнами, создавая эффект дрожащего марева даже без жары. В воздухе появился запах, напоминавший раскалённый металл, смешанный с гнилью.
Школьный двор превратился в муравейник — практики всех возрастов заняли оборонительные позиции. Старшие мастера руководили учениками, распределяя их согласно способностям. Михаил мельком заметил знакомый силуэт — Лэй, его бывший сосед по общежитию, координировал группу молодых практиков. В его движениях сохранилась прежняя лёгкость, но теперь она дополнялась уверенностью опытного бойца.
Их глаза встретились через двор. Лэй вскинул руку в приветствии, его фирменная кривая улыбка на мгновение осветила напряжённое лицо. Михаил ответил коротким кивком — воссоединение без слов, признание прошедших лет и изменений, которые они принесли.
У реки уже собрались несколько старших учеников под руководством мастера водных техник Сунь. Седой мужчина с телом, подтянутым, как струна, и прозрачными, будто сама речная вода, глазами. Они выстроились полукругом, направляя потоки энергии в речные воды, которые начинали светиться бледно-голубым светом.
— Ли, — кивнул мастер Сунь, увидев его. — Займи центральную позицию. Нам нужно твоё чувство течения.
Михаил разулся и вошёл в неглубокую воду. Холод поднялся по лодыжкам, пронзительный, но странно успокаивающий. Река всегда была сердцем философии их школы — не просто источник воды, но воплощение их подхода к жизни и борьбе. “Вода не сопротивляется, но ничто не может противостоять ей долго”. Сейчас Михаил ощущал в реке встревоженную пульсацию, словно сама вода чувствовала приближение чужеродной силы.
Он сосредоточился, позволяя восприятию расшириться. Комбинированная сила амулета и хронометра усиливала его способности — теперь он видел не только временные потоки, но и их пересечение с материальным миром, с водой, с энергетическими линиями земли.
И в этом взаимодействии Михаил заметил то, что ускользнуло от остальных. Скверна двигалась не просто по силовым линиям земли — она следовала по путям наименьшего сопротивления, как вода, ищущая выход. Это была не механическая сила, а почти живая адаптация, нащупывающая слабости в ткани реальности.
— Измените формацию! — крикнул он, поворачиваясь к мастеру Суню. — Скверна движется как жидкость — она обойдёт прямой барьер! Нужно создать водовороты, завихрения, которые заставят её рассеяться и потерять концентрацию!
Мастер Сунь мгновенно оценил ситуацию и перестроил учеников. Теперь они образовывали не простую линию, а сложную спираль с Михаилом в центре. Их энергия направлялась не прямо против надвигающейся тьмы, а по касательной, создавая завихрения, которые должны были дробить и рассеивать её движение.
С восточной стороны школы донеслись крики. Первые искажённые существа появились на границе периметра — бывшие животные, теперь изуродованные мутацией. У кого-то из них конечности удлинились, покрывшись хитиновыми пластинами, у других тела раздулись, как у насекомых, с полупрозрачной кожей, под которой пульсировали тёмные жидкости. Их движения были механически точными, словно управляемыми единым разумом.
Защитники вступили в бой, используя техники школы, чтобы отбрасывать тварей. Лэй возглавил контратаку с западного фланга — его тело двигалось в идеальном потоке, меч оставлял голубоватые следы в воздухе, рассекающие хитиновую броню.
