…У подножья Лисьего утёса их встречала Элена. Она парила над Лисьим ручьём так низко, что кончики её белых волос колыхались в воде. Впрочем, уже не белых, а бурых, перепачканных в крови, натекшей из рваной раны на затылке. Казалось, она готовилась нырнуть в ручей. Она готовилась, а её что-то не пускало. Что не пускало, Алекс понял почти мгновенно. Это была петля, крепко затянутая вокруг талии Элены. Трос от петли тянулся вверх по почти отвесной стене Лисьего утёса.
– Я сначала подумала, что она жива, – сказала Акулина срывающимся шёпотом. – Сунулась к ней. Черт, даже ноги замочила! – Она посмотрела на свои потемневшие от воды кроссовки. – А оно вот как… Видишь?
– Вижу. Стой здесь!
Алекс сделал шаг к телу. Теперь уже точно всего лишь телу.
– Это же несчастный случай? – спросила Акулина шёпотом.
Алекс ничего не ответил. Он стоял на каменистом берегу, рядом с телом Элены и думал над тем, во что же все они вляпались.
Элена так же, как и Акулина, была одета в спортивный костюм, некогда бирюзовый, а теперь залитый кровью из раны на голове. В результате чего появилась эта рана, догадаться было нетрудно, достаточно было посмотреть на стену утёса. Там, на небольшом выступе, точно диковинный белый мох, развивалась прядь волос. Кусок скальпа там тоже был…
Рана неприятная, кровавая, болезненная, но не смертельная. Алекс был в этом абсолютно уверен. Смертельной для Элены стал натянувшийся под её весом трос – крепкий, синтетический, способный выдержать большие нагрузки. Трос выдержал, а позвоночник и внутренние органы Элены – нет.
– Или самоубийство? – Голос Акулины звучал прямо за его спиной. Не послушалась, пошла следом. Впрочем, ожидаемо. – Могла она сама?
Не могла. Не тем человеком была Элена, чтобы вместо роскошной жизни выбрать смерть. Чтобы выбрать такую чудовищно непривлекательную и болезненную смерть…
– Не сама, – сказала Акулина теперь уже спокойно и твердо. – Алекс, я думаю, её убили.
Он обернулся. Акулина направила объектив своего айфона прямо на Элену. Мертвую, похожую на сломанную куклу Элену.
– Убери, – прохрипел Алекс, борясь с желанием вышибить айфон из цепких Акулининых пальцев. – Ты рехнулась?
– А что такого? – В голосе Акулины проклюнулись те циничные нотки, которыми так славились её репортажи. – С паршивой овцы хоть шерсти клок.
Всё-таки он не выдержал, перехватил запястье Акулины, надавил с той силой, которой хватило, чтобы, не причиняя сильной боли, ослабить хватку и отнять телефон.
– Отдай! – Лицо Акулины побелело от ярости, а за спиной Алекса тут же послышался предупреждающий рык Лаки.
– Я бы тебе не советовал. – Алекс многозначительно скосил взгляд на пса. Этого хватило, чтобы Акулина перестала орать и вырываться. Теперь она молча буравила его яростным взглядом.
– Ты сама меня позвала, Шарп, – сказал он. – Значит, никаких шоу.
На лице Акулины отразилось пусть и недовольное, но все же смирение. Ей приходилось сдерживать себя изо всех сил. Наверное, за неимением более покладистого напарника.
– Кто её так, а? – Акулина отвела взгляд от Алекса, уставилась на тело. – И когда?
Ответить он не успел, на второй вопрос она ответила сама:
– Она мертва уже пару часов. Значит, точно не утром. Ночью! Алекс, эта дура одна попёрлась ночью к Лисьему утёсу! Нормально, да?
Алекс ничего не ответил, он осматривал тело. Пожалуй, Акулина была права, Элена была мертва уже часов шесть, как минимум. А вот пришла ли она к утёсу одна – большой вопрос. Был и ещё один большой вопрос – зачем она вообще сюда пришла?
– Мне нужно подняться наверх.
Алекс запрокинул голову, вглядываясь в потемневшую от дождя почти отвесную гранитную стену и тонущий в тумане силуэт старой, изувеченной временем и ветрами сосны на самом верху. Затея не представлялась ему особо сложной. Лишь один склон утёса был обрывистый и неприступный. Именно он нависал над ручьём. Именно с него сорвалась Элена. Или столкнули Элену… Но на вершину можно было забраться по куда более пологому и куда более безопасному склону. Так все они и делали в далеком детстве. Так, скорее всего, и поднялась на Лисий утёс Элена.
– Слушай, а ведь с этого ракурса он и в самом деле похож на голову лисы! – Акулина тоже смотрела вверх. В её глазах горел лихорадочный огонь. – А вон тот пролом, – она махнула рукой, – похож на пасть.
То, что она называла проломом, на самом деле было узкой, больше похожей на нору пещерой. Когда-то давно Алекс даже отважился в неё забраться. Для этого пришлось воспользоваться страховочным тросом… Он перевел взгляд с пещеры на петлю обвивающую талию Элены и после секундных раздумий направился в обход утёса. Разумеется, Акулина последовала за ним.
