Подобно кошке, которую оставили одну в новом доме, Гарри начал обходить судно с палубы, осваиваясь в своем новом королевстве.
Он знал, что длина корпуса – четыреста семьдесят пять футов, ширина – пятьдесят шесть, а максимальная скорость – пятнадцать узлов, но даже не представлял, что найдет столько углов и закоулков – и все они, несомненно, служили какой-то цели, которую он со временем узнает. Также Гарри отметил, что на всей палубе нет такого места, за которым капитан не мог бы бдительно приглядывать с мостика, так что праздному матросу тут было некуда скрыться.
Гарри спустился на среднюю палубу. Кормовую часть занимали офицерские каюты, в средней располагался камбуз, а в носовой – большое открытое пространство с подвешенными гамаками. У него в голове не укладывалось, как кто-то вообще может в них уснуть. Затем он заметил полдюжины матросов после собачьей вахты [58] , которые плавно покачивались вместе с судном и сладко спали.
Узкая стальная лестница вела на нижнюю палубу, где были надежно закреплены деревянные ящики со ста сорока четырьмя велосипедами «Рали», тысячей хлопчатобумажных платьев и двумя тоннами картофеля, которые вскроют не раньше, чем судно пришвартуется в кубинском порту.
Напоследок он спустился по узкому трапу в котельное отделение, владение мистера Паттерсона. Он с усилием поднял тяжелый металлический люк и, словно Седрах, Мисах и Авденаго [59] , смело вошел в печь огненную. Там он встал, наблюдая, как полдюжины коренастых, мускулистых мужчин в запятнанных черной пылью и мокрых от пота рубахах лопатами закидывали уголь в две зияющих пасти, которым требовалось больше четырех трапез в день.
Как и предсказал капитан Хэйвенс, Гарри продержался всего несколько минут, после чего вывалился в коридор, обливаясь потом и задыхаясь. Ему понадобилось некоторое время, чтобы опомниться, и только после этого он выбрался на палубу, где рухнул на колени, хватая ртом свежий воздух. Приходилось только гадать, как эти люди выдерживают подобные условия, да еще и по три двухчасовых смены в день и семь дней в неделю.
Как только Гарри пришел в себя, он вернулся на мостик, вооруженный сотней разнообразных вопросов: какие звезды Большой Медведицы указывают на Полярную, сколько морских миль проходит судно за день, сколько тонн угля нужно для… Капитан охотно ответил на все, ни разу не выказав раздражения неутолимой жаждой знаний у юного четвертого офицера. На самом деле, как признался капитан Хэйвенс мистеру Брэдшо, пока Гарри отдыхал, ему больше всего понравилось в этом малом то, что он ни разу не задал один и тот же вопрос дважды.
