Я пожимаю плечом. Я развил в себе способность наблюдать за людьми с опущенной головой, чтобы они не знали, что я наблюдаю за ними. Мики пожевывает губу. Я не уверен, поверил ли он в то, что у меня есть еще телефон, но знаю, что, если он не согласится забрать моего Франкенштейна, то ночью я буду обязан за ним присматривать. Внезапно от страха за него у меня внутри все сжимается. На улицах кружат акулы, охотятся на мальчиков вроде него. Я буду обязан проследить, чтобы его не снял никто подозрительный. А может, чтобы его вообще не снимали. Но ведь ему наверняка нужны деньги. Будь у него выбор, он вряд ли выходил бы на улицы.
Я закусываю изнутри свою щеку. Как я умудрился усложнить настолько простое дело, как замена расколотого экрана? Почему мои чувства стали такими сложными и запутанными? Я не хочу, чтобы хорошие вещи причиняли мне боль. Но мне больно.
– Обещай, что позволишь отблагодарить тебя.
У Мики такие ясные глаза. Я никогда еще не видел таких ясных синих глаз. Если бы его глаза были небом, я бы никогда и не взглянул на землю.
– Его скоро понадобится зарядить. – Он морщится, говоря это, словно признаваться в чем-то подобном неловко. И я улыбаюсь – он все-таки заберет его.
Однако легче мне не становится, ведь с улиц он не уйдет.
Я достаю из кармана зарядку, которую собирался отдать еще в прошлый раз, и протягиваю ему.
– Готов к любым неожиданностям, да?
Я кручу головой. Если бы.
Мики в задумчивости смотрит на телефон.
Сделав глубокий вдох, я отодвигаюсь из-за стола. Мне надо идти. Как бы мне ни нравилось это странное электрическое ощущение, я должен бежать, чтобы его разрядить.
Встречи с Мики непредсказуемы. Большинство людей, которые мне встречаются, ведут себя одинаково. Им некомфортно, и они торопятся скорее уйти. Дашиэль говорил, я сам не облегчаю им дело. Но Мики, похоже, не замечает, облегчаю я что-то для него или нет. Он словно видит меня иначе, чем остальные. И я в совершеннейшем ужасе – и потому, что рядом с ним мое сердце бьется быстрее, и из-за своего настойчивого желания всюду ходить за ним, чтобы знать, что он в безопасности. Я не хочу, чтобы мое сердце снова разбилось вдребезги, как стекло. Желание заботиться о нем слишком пугает. Оно отвлекает меня – от Дашиэля, от Кукольника, от всех прочих акул.
– Подожди, – быстро произносит Мики. Я слышу, как он сглатывает. Его глаза смотрят куда угодно, только не на меня – словно он нервничает. Я понятия не имею, из-за чего он может так нервничать. – Ты не мог бы показать мне, где находится вещевой пункт? – спрашивает он нерешительно. – Я… я бы хотел взять пальто.
На его лице столько неуверенности и вместе с тем столько надежды, что я, не раздумывая, киваю. Я чувствую себя слабым, словно он заколдовал меня и теперь я сделаю все, о чем он попросит. Лишь бы порадовать его. Или что-то вроде того. Иногда я чувствовал нечто похожее с Дашиэлем – когда хотел сделать его счастливым или просто желал ему счастья.
Я так сильно его любил.
Вещевой пункт в приюте – это место, которое я избегаю больше всего.
Я знаю, где-то рядом наверняка есть и другие места, но мы с Дашиэлем ходили в пункт сбора вещей на Норт-стрит. Он открыт только по вторникам и четвергам, но одежда там самая лучшая. Чистая и не кишащая вшами, как в некоторых других местах, о которых я слышал.
Мне больно вспоминать, как Дашиэль вечно смешил меня, примеряя самую странную одежду, которая попадалась нам под руку. Платья, сшитые из толстых занавесок в цветочек, с так и не отпоротой шторной лентой. Малиновые бархатные клеши с серебряными колокольчиками. Плохо связанные свитера с самыми разнообразными узорами от бесформенных зверушек до надписей с грамматическими ошибками. Разномастные ботинки. Дашиэль примерял все подряд – в основном, чтобы повеселить меня и всех, кто был рядом. Это было нашей секретной миссией. Чем-то, что мы никогда с ним не обсуждали.
Я снова сажусь и, сгорбившись, закрываю глаза. Забыв, где нахожусь, я пытаюсь свернуться вокруг своего сердца клубком.
– Ты в порядке? – мягко спрашивает Мики.
Открыв глаза, я вижу, как он наклоняет голову, чтобы заглянуть мне в лицо. Хочу выпрямиться, но его взгляд ловит меня в свое гравитационное поле, и я, как метеор, который летит на солнце, не могу ни уклониться от него, ни сбежать.
– Да, – отвечаю я, пытаясь вложить в голос побольше уверенности.
– Я вроде как знаю, где это, но понятия не имею, что надо делать, – признается Мики, когда мы выходим наружу. – Ты точно не против пойти вместе со мной? В смысле, ты, наверное, думаешь, вот жалкий дурак-то, да?
Я трясу головой.
– Суперзлодеям тоже нужны пальто, – говорю я как можно бодрей. Это правда. Мне нужно пальто, и, если б не Мики, я бы, наверное, вечно обходил вещевой пункт стороной. Так что на самом деле он оказал мне услугу. – В море охотиться холодно, – прибавляю я, глядя, как какой-то тип с хищной улыбкой беседует с женщиной у магазина напротив.
