Литания Длинного Солнца полностью

Между тем его собственный голос за окном обители не умолкал, разносился по саду эхом:

– Во имя всех бессмертных богов, даровавших нам все, что имеем…

Да, только как же странны порой их дары! Вот он спас свой мантейон или, по крайней мере, отсрочил его погибель, но сейчас, вслушиваясь в речь местного авгура, чувствовал, что на самом-то деле спасать мантейон вовсе не стоило, пусть он и послан его спасти…

Помрачнев лицом, он поднялся, сунул азот за пояс, опустил в карман иглострел и сверток с остатком игл и отряхнул зад от пыли.

Все изменилось, оттого что изменился он сам. Как же, когда это произошло? В тот миг, когда он карабкался на стену, ограждавшую виллу Крови? Когда вошел в мантейон за топориком? Давным-давно, когда помогал соседским мальчишкам взломать окно того самого пустого дома? Или, может, Мукор в той темной и грязной комнатке наложила на него некие чары? Уж если кто вправду умеет накладывать чары, так это Мукор – Мукор, демоница, сущая демоница! Не ей ли потребовалась кровь из жил несчастной Ломелозии?

– Мукор, – шепнул Шелк. – Мукор, ты здесь? Преследуешь меня до сих пор?

На миг ему показалось, что в шорохе сухих листьев смоковницы на ночном ветру слышен ответный шепот.

– Внемлите же, – затараторил его голос из-за окна, – внемлите тому, что на сей счет говорится в Писании… и иже с ним! Внемлите же наивысшим чаяниям Ужаснейшего Иеракса!

– Ие… р-ракс! – будто в насмешку повторил резкий голос.

Звук его, очень похожий на треск раскалываемой черепицы, живо напомнил Шелку о топорике, прихваченном с собой накануне, и на сей раз Шелк узнал его.

Нет, дело совсем не в Мукор, и не в решении прихватить с собою топорик, и не в чем-либо подобном вообще. Все боги добры, однако не может ли непостижимый, загадочный Иносущий оказаться добрым на этакий мрачный, темный манер? Совсем как Чистик, если, конечно, Шелк не ошибся на его счет?

Внезапно Шелку вспомнился тот, иной круговорот, круговорот за пределами круговорота, необозримый круговорот Иносущего далеко-далеко под ногами, столь темный…

…однако же озаренный бессчетными россыпями крохотных огоньков.

Крепко стиснув в кармане рукоять иглострела, Шелк отворил дверь обители и шагнул внутрь.

N.B.: В Вироне именами для биохимических мужчин служат названия животных либо продуктов животного происхождения. Имена сего типа носят Чистик, Кровь, Журавль, Мускус и Шелк. Именами для биохимических женщин служат названия растений (чаще всего цветов) либо продуктов растительного происхождения: Синель, Мята, Орхидея, Роза. Химические персоны (хемы) как мужского, так и женского пола именуются названиями металлов, камней либо иных минералов: Мрамор, Песок, Молот, Шихта.

Аквила – юная орлица, выдрессированная Мускусом.

Аролла – девица, покинувшая заведение Орхидеи.

майтера Бетель – некогда сибилла при мантейоне на Солнечной улице, ныне покойная.

Бивень – вожак старших мальчишек, учеников из палестры Шелка.

Ворсинка – маленький мальчик, ученик из палестры Шелка.

советник Галаго – член Аюнтамьенто, ведающий дипломатией и внешними сношениями.

Гиацинт – красавица-куртизанка, подвластна Крови.

Глупыш – один из круга черных механиков, возглавляемого Наковальней.

советник Долгопят – член Аюнтамьенто, ведающий архитектурными и инженерно-строительными вопросами.

Дрёлинь – любимая дочь Илара.

Дриадель – дочь Орхидеи, заколотая Синелью.

доктор Журавль – личный врач Крови, невысокий, суетливый пожилой человек с серо-стальной бородкой.

Заяц – подручный Мускуса.

Иеракс – один из великих богов, бог смерти, покровитель четвертого дня недели. Как правило, ассоциируется со стервятниками, шакалами, а также (подобно Тартару) со всевозможными живыми тварями черной окраски.

Илар – летун.

Иносущий – один из меньших богов, ниспославший Шелку просветление.

Калан – вор, убитый Чистиком.

Кампанула – одна из девиц Орхидеи.

Кервель – молодая виронка среднего достатка, жена Коипу.

патера Кетцаль – Пролокутор Вирона и, таким образом, глава Капитула. Титулуется «Его Высокомудрием».

Киприда – одна из меньших богинь, богиня любви. Как правило, ассоциируется с кроликами и голубями.

Коипу – молодой виронец среднего достатка, муж Кервели.

Кошак – здоровяк, блюдущий порядок в таверне «Петух». Друг Чистика.

Крапива – подружка Бивня.

Кровь – крупный преступник, фактический владелец мантейона Шелка и желтого дома Орхидеи. Высок, грузен, краснолиц, лысеет; примерно пятидесяти пяти лет.

советник Лемур – секретарь Аюнтамьенто и, таким образом, фактический правитель Вирона.

Лис – правовед из Лимны.

Лисенок – маленький мальчик, ученик из палестры Шелка.

Ломелозия – девочка, ученица из палестры Шелка.

советник Лори – член Аюнтамьенто и его глава в отсутствие Лемура.