Узнавать всё это было интересно, но я бы предпочла, чтобы это всё рассказал мне Рэй, крепко прижимая к себе, как раньше, а не посторонние служанки, пусть теперь наконец и признающие меня своей хозяйкой. Казалось бы, мы с Рэем провели не так много времени вместе, а я так сильно к нему привязалась, что теперь постоянно думала только о нём.
Но время шло, а мой жених не возвращался.
Несколько раз приезжал кто-то из советников короля. Но теперь они искали его друга. И разумеется, ни я, ни слуги по моему настоянию не рассказали им, где именно тот находится. Пока сам Рэй не вернулся, у меня не было уверенности, что его совет в этом споре встанет на мою сторону, а не того, кого король хотел назначить своим преемником.
Вдруг Дэм рассказал бы им историю о том, как «подло» мы поступили с ним и лишили свободы? Кому они тогда поверят? Уж наверняка не непонятно какой по счёту невесте. А то, что этот подлый и коварный мужчина попытается меня оклеветать, сомнений не было.
Мысль не оказывать ему помощь и лишить воды, чтобы испустил дух естественным путём, в моей голове возникла. Но я почти сразу открестилась от неё. Не хотела быть убийцей – чем я тогда лучше него самого? Вот именно.
Пока ограничилась тем, что поставила одного стражника охранять на всякий случай, а служанкам запретила входить внутрь. Хотя чаще всё к нему ходила та самая, которая меня от него спасла. Но прежде мне разве что жизнью своей не клялась, что ни за что не выпустит милорда, раз тот пытался лишить меня жизни. Просто передавала ему всё необходимое через прутья.
Мне не оставалось ничего, как довериться людям, служащим в доме. Другого выхода всё равно не было, кроме как опять отправиться домой к отцу. Вот только как он использовал бы сына короля Севера и думать не надо. Точно бы назвал его преемником и попытался завладеть новыми землями. А мне не хотелось подставлять под удар самого Рэя.
Нет уж. Не стану принимать поспешных решений. Пусть лучше король сам решает все сложные вопросы. Когда вернётся… Я же, как и полагается примерной жене, буду его во всём поддерживать.
Хотя иногда в последнее время начинала думать, что стану делать, если он всё же не приедет. Как я смогу справиться с малышом? А если и правда случится что-то нехорошее со мной, чего все так ждут, то на кого оставлю своего сына, если рядом не будет его отца?
В один из совершенно обычных дней рано утром я завтракала в большой столовой. Приходилось заставлять себя выходить из комнаты, несмотря на сонливость и усталость, и создавать хотя бы видимость жизни и ежедневных ритуалов. Для чего взяла себе за привычку после завтрака обязательно гулять.
Мой живот был уже совершенно кругленьким, хоть и небольшим. В последний осмотр лекарь долго меня вертел и крутил, после чего сделал вывод, что моя беременность наступила задолго до того, как он по настоянию короля приготовил мне лекарство, призванное предотвратить зачатие. И то и дело благодарил всех Богов Севера за то, что я отказалась в последний раз принимать другое снадобье – ведь на таком сроке оно лишило бы жизни не только дитя, но и меня саму. А король обещал казнить его, если это причинит мне вред.
Я тоже выдохнула. Ведь это означало, что нежеланный моим женихом малыш был послан нам до того, как я его ослушалась. К счастью, причинить вред то первое «лекарство» не могло, если я была уже в положении. Поэтому лекарь заверил меня, что не пройдёт и четырёх-пяти месяцев, как наступит срок.
Размешивая клюквенное варенье в травяном отваре, я думала о том, успеет ли вернуться к этому времени Рэй. Я так ужасно по нему скучала. Он часто снился мне – своими разговорами, ласками, нежными, но крепкими объятиями напоминая, что мысленно он рядом. И сердце мне подсказывало, что он жив. И всё ещё меня любит.
В раздумьях не сразу услышала звук подъезжающей повозки. А когда настороженно посмотрела в окно…
В следующее мгновение я уже бежала навстречу своему жениху и королю босая по снегу, потому что с утра надела только быстро спавшие с ног меховые тапочки, в одном шерстяном платье, не покрыв даже голову, но придерживая ладонью живот. И в тот момент мне казалось, что снег под моими ногами горячий. А морозный воздух, путающийся в волосах, всего лишь прохладный. Потому что всё, что видела перед собой – это он, а всё, что ощущала – желание скорее обнять его и убедиться, что вот он – рядом со мной снова, что теперь всё хорошо.
И выскочив из повозки, Рэй подхватил меня на руки, отрывая от заледеневшей земли, холода которой я совсем не чувствовала, и прижал к себе, обдавая ласковым теплом, так напоминающим мне о родине.
Там, в нашем с сёстрами замке, всегда было тепло – пели птицы и цвели цветы – как каждый раз у меня в душе, когда он вот так же обнимал меня. Только в его объятиях я чувствовала себя «дома». И сейчас мой дом вернулся.
