Вот он – держит меня в своих руках, покрывает горячими поцелуями моё лицо, не смущаясь никого вокруг. И я сама уже не помню тех правил приличий, которые мешали бы мне целовать его в ответ, глубоко вдыхая его родной запах, проводя кончиками пальцев по окончанию шрама на его губе, прижимаясь изо всех сил, будто он – то единственное, что удерживает меня от чего-то ужасного.
– Мой король. Мой жених. Мой любимый…
Я шептала эти слова ему в перерывах между поцелуями и совсем не заметила того, как оказалась у входа в замок, закутанная в его тёплую шубу. Наверное, он снял её ещё у повозки, чтобы согреть меня. Вот только мне совсем не было холодно. Мне было так жарко. Так радостно!
И всё ещё я продолжала целовать его и обнимать крепко-крепко, не обращая никакого внимания на столпившихся вокруг и приветствующих хозяина слуг.
– Девочка моя родная, – хрипло прошептал он мне на ушко, – как же я скучал по тебе.
– И я! Очень! Очень скучала!
Кто-то из служанок подал мне тапочки, в которые меня таки поставил король. И теперь я стояла, прижавшись к нему и пытаясь обхватить его руками, чтобы прижиматься крепче.
Видимо, сообразив, что так просто меня от него не оторвать, он вновь поднял меня на руки и унёс в свою комнату. Где долго-долго целовал и шептал всякие нежности, так похожие на те, которые говорил мне в нашу последнюю здесь ночь… Я таяла, так было хорошо!
Воспоминания отрезвили неожиданно.
Он оставил меня так надолго! Исчез, ничего не объясняя! А потом заявился, как ни в чём не бывало, и получает снегопад моих поцелуев?!
Немедленно отстранилась, стараясь изо всех сил выглядеть если не грозно, то хотя бы серьёзно:
– Потрудитесь-ка объяснить, милорд, куда Вы отправились так срочно, что забыли рассказать о своих планах своей же невесте?
Наверное, я впервые посмела потребовать у него отчёта. Но за это время столько пережила, что не боялась больше его гнева. Казалось, что я повзрослела на целую вечность.
И в глазах короля отразилось восхищение. Будто бы я не вела себя непозволительно сейчас, а сделала что-то, что заслуживало уважения. Его уважения.
– Какая же ты, Дэя! Мягкая и чуткая, но при этом такая сильная… моя девочка.
И пусть моё сердце растаяло вмиг от этих слов и похвалы, а ещё от его ласкового взгляда, всё же попыталась настоять на своём:
– Вы не расскажете мне? Не думаете, что следует объясниться? Оставили меня одну…
– Почему же одну, Дэя? Я отправил к тебе того, кому единственному мог доверять. Дэм – мой друг с детства. Кстати, где он? Не наблюдал его в общей зале.
Я помрачнела. И вдруг стало зябко. Будто весь тот холод, что ещё недавно оказался мною не замечен, вернулся теперь, оседая мурашками на коже и изморозью в сердце.
– Дэя? Что-то случилось?
Вздохнула. И сказала, как есть:
– Твой друг сейчас заперт в нижних кладовых.
– ЧТО?! Почему?
– Он совсем не тот, за кого себя выдавал, Рэй, – теперь мой голос не звучал так уверенно, как ещё недавно. Он был тихим и робким, будто бы теперь король мог разозлиться на меня всерьёз.
– Возможно, ты что-то не так поняла? Он верен мне, и я уверен в нём как в самом себе! – Рэй даже встал с постели, убеждая меня в этом.
На душе стало тяжело. Неужели он и правда поверит ему, а не мне? Неужели я ошиблась, считая, что жених всегда будет на моей стороне, даже если на другой чаше весов его многолетняя мужская дружба?
Его слова так сильно впечатлили меня, что даже не нашла в себе сил, чтобы возразить и начать доказывать свою правоту. Вместо этого поплелась за королём вниз, где томился его «лучший друг», которого, оказывается, отправили и правда защищать и оберегать меня от любых невзгод.
Кажется, он не совсем понял поставленную перед ним задачу. А точнее – понял её с точностью до наоборот. Может, я не была очень уж умной и рассудительной, но догадаться, что покушался на мою жизнь он именно после известия о беременности, могла.
Прежде он оказывал мне знаки внимания – возможно, хотел соблазнить, чтобы потом очернить в глазах Рэя – и избавиться таким образом от женщины, в которую влюблён его друг (ведь Рэй влюблён в меня! Это точно). А как только выяснил, что я ношу под сердцем будущего наследника трона – понял, что план уже не сработает, и нужно лишить меня жизни, чтобы стать преемником короля наверняка.
Вот только как сказать королю, что самый близкий его друг – предатель? Какие подобрать слова, чтобы не причинить ему этим боли, но убедить в своей правде? Сделать вид, что ничего не было – нельзя. Ведь этот Дэм может навредить ему другим способом. Разве могу я допустить, чтобы король продолжил ему доверять? Я обязана защищать его и своего пока нерождённого крошку. И сделаю это. Только вот придумаю, как именно…
Тем временем мы уже дошли до «камеры», в которой находился несостоявшийся убийца. И стоило двери распахнуться, как я невольно прижалась к своему жениху. Слишком отчётливо вновь возникли в голове воспоминания острого клинка надо мной и перекошенного злобой лица этого человека.
