Это было что-то новенькое, но Лиза была этому очень рада. Они быстро сварганили домашний ужин, мама запекла курицу, Лиза нарезала салат. Мать достала бутылку шампанского, не преминув подчеркнуть, что это какое-то особенное, супер-дорогое французское шампанское. «Давай возьмем хрустальные бокалы, у нас сегодня очень особенный праздник и у нас есть много о чем поболтать».
Когда ужин был готов, в доме вкусно пахло свежеприготовленной едой, они сели за столом на крошечной шестиметровой кухне и начали трапезу. Надо отдать ей должное, мать начала разговор с того, что поинтересовалась, как у Лизы дела в институте, где она только-только закончила первый курс. Встретила ли она кого-нибудь, есть ли у нее на примете мальчик, как проходят лекции, есть ли какая-то активная жизнь после занятий и чем вообще занималась Лиза целый год, пока она была в разъездах.
У Лизы сильно колотилось сердце, ей это было приятно. Внимание… Такое непривычное внимание со стороны этой женщины радовало ее. Но все равно это не было шушуканьем и посиделками двух близких подруг. Было в этом что-то непривычное, причем для обеих. Лиза чувствовала какой-то слащавый подвох.
К десерту, после выпитой бутылки шампанского, мать рассказала Лизе, как она познакомилась со своим женихом. Ее друзья устроили вечеринку, и там у них с Майком случилась любовь с первого взгляда. И вот сегодня она получила бандероль по почте ― как романтично! ― и, открыв ее, обнаружила внутри это прекрасное кольцо.
Как раз до Лизиного прихода домой она полтора часа болтала с Майком по телефону и, конечно, приняла его предложение, и вообще это все было очень мило и романтично. «Но ты знаешь, Лизонька, здесь есть одна загвоздка… Тебе почти восемнадцать лет и, конечно, ты девочка умная, но если уеду к Майку, нам нужно решить, где ты будешь жить, ― мать с нарочитым беспокойством смотрела в глаза Лизе. ― Ты, пожалуйста, только пойми меня правильно, пусть даже тебе и восемнадцать, я не могу оставить тебя жить одну в этой квартире, ― продолжала увещевать мать. ― Ты девочка доверчивая, хотя и не глупая, и я надеюсь, поймешь меня правильно».
«И что же мне теперь делать, мама?» ― спросила Лиза. «Ну, ты можешь, ― звонким голосом воскликнула мать, ― пожить какое-то время у бабушки с дедушкой. Они будут рады тебя принять. Я с ними уже почти обо всем договорилась».
«Мама, я очень не хочу там жить», ― нашла в себе силы сказать Лиза. «Конечно, ― мать закатила глаза, ― все вокруг должно быть, как хочешь ты. Ты что, собираешься вставлять палки в колеса моего счастья?» ― вздохнула она, тяжело закатив глаза. Ну, ты можешь поехать со мной, хотя не знаю, как я буду начинать свою новую семейную жизнь со взрослой дочерью в доме».
Лизе этот вариант тоже не нравился. Во-первых, она понимала, что мать уезжала к новому мужу и ее присутствие там нежелательно, а как же институт? Во-вторых, даже одна мысль о том, чтобы жить у дедов, которых она всю жизнь называла на Вы, приводила ее в панический ужас. Тюремное расписание в доме стариков, жизнь, где не существует ни одного доброго слова, ее абсолютно не прельщали, но искать выход-то было нужно.
«Ну хорошо, а что этот мальчик, с которым ты познакомилась? ― спросила мать. ― Давай, приведи его на ужин на следующей неделе, я на него посмотрю», ― изрекла она.
После этого ужин быстро закончился. Лиза ушла в свою комнату. Мать, помыв посуду, счастливая, снова села на телефон, болтать со своим женихом.
В институте у Лизы был очень приятный поклонник. Парень, подающий большие надежды, который нравился и преподавателям и студентам. Сам из Украины, он жил в общежитии, и они встречались уже довольно долго, что Лиза делала тайком, пряча его от папы весь последний год.
Жизнь студентов в минских общагах в то время не отличалась комфортом и излишествами. Как-то через несколько дней, на очередном свидании, Лизу с подачи Веты осенила мысль, и она предложила: «Моя мать уезжает, и она не хочет, чтобы я жила одна. Ты живешь в этой дыре, может, давай будем жить вместе, как друзья? Мама приглашает тебя на ужин, чтобы с тобой познакомиться».
Не будем долго описывать детали всего этого мероприятия ― через две недели молодой человек прибыл на ужин к Лизе и на прием к матери. Слово за слово, мать задавала много вопросов, тестируя юношу, и в принципе вечер был комфортным для всех, пока Лиза не сказала матери: «Мама, слушай, а как ты смотришь на то, чтобы не напрягать бабушку с дедушкой? А чтобы я не жила одна, можно мы будем с Витей жить вместе?»
