В последний момент, когда я уже ставлю ногу на ступеньку, свет фонарика мечется, вновь множа тени, и я оступаюсь. Спотыкаюсь, чуть не падаю, но успеваю ухватиться двумя руками за перила. Вот только за полотенце мне хвататься уже нечем.
И оно падает на пол.
Довольно грязный бетонный пол – пыльный, в пятнах пролитого бензина и еще чем-то черном. Я тут же подхватываю полотенце, надеясь прикрыться, но – увы.
Оно слишком грязное.
Только и остается, что держать его на вытянутой руке между мной и Афанасьевым, надеясь спрятаться за ним.
Стоять голой перед новым начальником – ситуация не самая приятная.
Двусмысленная такая ситуация.
Особенно с учетом того, что по утонченно-породистой морде этого начальника начинает расползаться препохабнейшая ухмылка.
С каждой секундой она становится все наглее.
– Будьте добры отвернуться, Святослав Семенович! – чеканю я слова.
– Но тогда я отведу от вас фонарик, Рената Романовна, – глумится он. – И вы рискуете снова низко пасть.
– А вы сами отвернитесь, а фонарик не отводите, Святослав Семенович!
– Не могу, у меня с координацией плохо, я так не изогнусь, Рената Романовна!
Чем дольше мы стоим напротив друг друга, тем хуже ситуация.
Если он до сих пор что-то не разглядел в подробностях, то теперь-то смог насладиться по полной программе.
– Да черт с тобой! – психую я, бросаю полотенце, разворачиваюсь и начинаю подниматься по лестнице в ярком свете фонарика.
Голая.
Давая ему шанс разглядеть меня с другой стороны. Тоже по-своему хорошей.
Чувствую спиной его взгляд, но принуждаю себя не торопиться.
В конце концов, должен кто-то оценить пять лет работы с личным тренером.
– Да, смотрю, ты после отмены свадьбы не плюшками тоску заедала, а в спортзале вкалывала… – комментирует Афанасьев довольным голосом.
Все, что я могу ему противопоставить – с грохотом захлопнутую дверь подвала.
Даже на щеколду запирать смысла нет, он опять через окно вылезет!
Наверху действительно уже горит свет, и снова все работает.
Я быстро ополаскиваюсь в душе, заворачиваюсь в свежее полотенце и переодеваюсь в кашемировый свитер и мягкие домашние брюки. На корпоратив я взяла с собой роскошное сияющее платье, открывающее мои длинные «ноги раздора» так высоко, как только можно. И туфли, делающие их еще длиннее. Но до начала торжества я лучше похожу в чем-нибудь удобном.
Открываю ноутбук и пытаюсь поймать интернет, однако, увы, не вижу вайфая вообще. На телефоне призраком мигает одно деление сети, но потом пропадает, как и не было.
Это как?
А как же Гарри, который велел «звонить», если что понадобится?
Куда звонить? В колокола?
Ко всему прочему свет несколько раз тревожно моргает и на несколько секунд загорается намного тусклее.
Потом возвращается к норме, но это меня беспокоит.
Кстати, что-то там говорили про спутник? Надеюсь, речь шла не только о телевизоре, и тут есть нормальный доступ в интернет!
Выхожу в обнимку с ноутбуком из спальни и спускаюсь на первый этаж. В «командном центре» под лестницей перемигиваются разноцветные огоньки, но ничего похожего на маршрутизатор или роутер я не обнаруживаю. Осмотр телевизора тоже ничего не дает – провод антенны уходит в стену. А куда он дальше – кто его знает?
– Чем занята? – выглядывает из кухни жующий Афанасьев.
– Ищу интернет, – отзываюсь я уныло. – Спутник, модем, роутер, телефонную линию, хоть почтового голубя!
– Ты бы его еще в подвале поискала, – дожевывая, язвит он. – На чердак надо. Пошли.
Мы с Афанасьевым и ноутбуком обходим весь второй этаж три с половиной раза, пока я не соображаю, что вход на чердак наверняка тоже хорошо спрятан, как и дверь в подвал.
И точно – после более пристального осмотра в углу коридора находится сливающийся с обоями шнурок, за который мы и тянем – в потолке со скрипом открывается люк и из него спускается лестница.
– Что, опять мне лезть? – обреченно спрашивает Свят, глядя в очередную темноту.
Но так, для видимости спрашивает, потому что тут же цепляется за перекладину и ловко взлетает вверх.
– Давай руку! – высовывается он. – Или останешься без связи?
Вместо ответа я закрываю ноутбук, протягиваю ему, и пока он отвлекается, чтобы его положить, самостоятельно так же быстро и ловко взбираюсь по лестнице.
Я однажды полгода даже в секцию скалолазания ходила! Но потом тренер повадился меня «подсаживать», тщательно ощупывая подсаживаемое место, и я, как блудная дочь, вернулась в свой фитнес-клуб к девочкам.
На чердаке тесно и пахнет сухими луговыми травами. Света достаточно – он льется из люка, указывая путь к интернетному хозяйству.
Домашние роутеры я приручать умею, но здесь какая-то сложная схема – рычажки, огоньки, провода, все перемигивается и щелкает. И никаких признаков знакомых разъемов и кабелей.
