В природе некрасивых женщин не бывает. Бывают просто женщины и женщины влюблённые. Бывают женщины, с которыми мы спим, и те, которых безумно любим. Так думают все, а я ничем не отличался от других.
Молча, не глядя друг на друга, мы торопливо привели себя в порядок, и я привлёк к себе девушку. Нужно было что – то сказать, нарушить опасно затянувшуюся паузу, но мысли были заняты поиском ответа на вопрос: спала или не спала она раньше с мужчиной. Я знал, что неподалеку живёт парень, влюблённый в неё, как я в Светку, но, как мне доложили мои «агенты», Лена к нему была совершенно равнодушна.
По существу, если не думать предвзято, мы ничем не отличались друг от друга, гонимые прочь своими любимыми. Но мне на правах победителя было его немного жаль. Никто не знает, как рождается любовь, зато всем известно, как она умирает. «Уйди с дороги, таков закон: третий должен уйти», – припомнились мне слова популярной песни Владимира Высоцкого из кинофильма « Выстрел в тумане». Может так и поступить? Чушь какая – то!
– Спасибо тебе, – с благодарностью поцеловал я Леночку на прощанье. – Скоро увидимся.
…– Что – то ты рано сегодня, – встретили меня друзья на пороге общежития. – Собрание не состоялось?
Они по – прежнему не упускали случая позубоскалить в мой адрес.
– А идите вы к чёрту! – посоветовал я коротко. – Выпить найдётся?
– На кухне, для тебя оставили, – сказал Вовка Меньшенин, не отрывая взгляда от шахматной доски.
Рюмка коньяка меня успокоила, возбуждение спало, вопросы, на которые хотелось бы получить немедленный ответ, отошли на задний план. Не так уж и много надо, чтобы снять с себя стресс.
Мы поговорили о делах насущных и вскоре улеглись в постели. Я долго лежал с открытыми глазами, прикидывая варианты дальнейших отношений со своей подружкой, да так и заснул с беспокойными мыслями…
И всё – таки разговор на щекотливую тему состоялся. И инициатором его выступила Лена. Ну, зачем, спрашивается в задачнике, она не сдержалась? Не хотела недоговорённости?
Был поздний воскресный вечер, когда мы, утомлённые «скачками» в офицерском клубе, неторопливо шагали по подмороженной дороге к её дому. Мы держались за руки, болтали всякую чепуху и много смеялись. Тем не менее, я никак не мог избавиться от мысли, что у этого чудесного создания кто – то уже был. Или не был? В конце концов, какое мне дело до того, с кем она встречалась до нашего знакомства. Каждый человек имеет право на личную жизнь, и ревновать к прошлому попросту глупо. Однако избалованный вниманием женщин к своей особе, самовлюблённый кретин, каждую из них я считал своей собственностью. Особенно тех, кто мне нравился. Похоже, что Леночкой я увлёкся не на шутку. Иначе чем объяснить «терзания молодого Вёртера»?
Укрывшись под широкими лапами матёрой сосны в двадцати шагах от её дома, мы отдыхали после бурной любви. Полы моего пальто полностью вмещали хрупкую фигурку, я ощущал её трепетное тело и слушал учащённое дыхание девушки. Что ни говори, а заниматься сексом стоя, – занятие не из лёгких.
Начала Лена:
– Я должна тебе кое о чём рассказать, – преодолевая стыдливость, заглянула она в мои глаза. – Дело в том, что ты не первый, с которым я была в… – она замялась, но лица не опустила. – Ну, ты понимаешь, о чём я… Только не подумай, что это произошло по любви, как с тобой.
Я растерялся от откровения своей глупышки. Ну, зачем говорить о том, о чём тебя не просят? Уж лучше бы молчала, оставив меня наедине с догадками. Но слово – не воробей, выпустил – не поймаешь.
– Мне было двенадцать лет, когда я пошла с дядей за грибами, – продолжала свою исповедь Лена. – Тогда это и случилось. Он меня изнасиловал.
Я ожидал услышать что угодно, но не эту потрясающую легенду.
– Почему ты молчишь? – не выдержала затянувшейся паузы Лена. – Скажи что – нибудь.
– А о чём, собственно, спрашивать? – скорее себе, чем ей, задал я вопрос. – И ты никому об этом не сказала?
– Со мной была истерика, я горько плакала, он успокаивал меня, наобещал, что всегда будет заботиться обо мне, а потом стал грозить, что убьёт, если я только заикнусь об этом. И я действительно испугалась.
– Он что, – вдруг дошло до меня, – родной брат твоей матери?
Девушка молча кивнула головой, отвернулась и закрыла лицо ладонями.
– Не плачь! – строго приказал я. – То, что он с тобой сделал, подло и уголовно наказуемо. Я рассчитаюсь с ним!
Решительность, с которой вылетели мои слова, напугала Лену:
– Что ты собираешься делать?
– Я притащу его мерзкое тело к твоим ногам, и ты сама решишь его дальнейшую судьбу! – сквозь зубы процедил я.
– Умоляю, не делай этого. Он был в тюрьме, и у него дружки!
– Меня это не остановит! – подогретый благородством моих любимых литературных героев, впервые возразил я девушке. – И если он однажды придёт вымаливать у тебя прощенье, откажи категорично, – настаивал я.
Она повернулась, положила руки на мои плечи и с какой – то отчаянностью в голосе с надрывом вымолвила:
