– Ты моя! И душой, и телом моя! И даже воля твоя без меня ничто – запомни хорошенько! – хрипло прошептал ей на ухо Сон Ин, и она улыбнулась вопреки боли. – Запомни хорошенько. Это наказание. Наказание за твои проступки, – его учащенное дыхание обжигало. – Ты совершила три ошибки. Первая – соблазнила зятя Чан Суннёна и опорочила честь его величество. Он не посмел лишить жизни родственника приближенного королевы, и его доброе имя смешалось с грязью. Чтобы удержать власть в своих руках, нам нужен ван, а ты дала наследному принцу лишний повод проявить свою надменность. Вторая – ты слишком сильно изругала королеву. Его величество влюблен в тебя, этого не отнять, но ты была излишне самоуверенной. Если бы не обещание, которое сын королевы дал вану, ты уже погибла бы от ее руки. Только вспомни, что она стерпела, стиснув зубы! Если она устанет сдерживаться и прольет на тебя свой гнев, тебя со свету сживут. А если королеву погубит собственный гнев, будет и того хуже. Его величество до сих пор занимает престол лишь потому. что его супруга – дочь императора. Без нее он ничем не превосходит императорского внука. До тех пор, пока при дворе не настанет порядок, ее должно охранять, как никого другого. Даже больше, чем тебя! А ты едва не разрушила все, и потому это ошибка куда серьезней первой. Но хуже прочих – третья… – ее ухо сильнее прежнего обдало горячим воздухом. Наказание стало серьезнее. Пот градом стекал у него со лба. Обрывисто выдохнув, он довершил начатое: – Третья, самая серьезная из твоих ошибок, – из-за ничего не значащего Ли Гона ты вывела меня из себя. Меня! Сон Ина! Если я не сумею удержать себя в руках, все будет кончено. Я самый ужасающий и опасный человек во всем мире. Впредь не смей повторять эту ошибку! – окончание его речи больше походили на хриплый крик. Он рухнул на нее сверху, и какое-то время они оставались неподвижны, словно за пределами этой комнаты мира больше и вовсе не существовало.
Тут и там на земле были разбросаны дымящиеся котлы – привычное для Сон Ина зрелище. Всякий раз именно так заканчивалась королевская охота, и не раз он сопровождал его величество, пока тот готовил отловленных животных, чтобы устроить пир. Отличие было лишь в том, что вместо запаха мяса здесь витал запах теплой рисовой каши, а вместо слонявшихся из стороны в сторону охотников и высокопоставленных чиновников здесь в длинную очередь выстроились вереницы исхудавших мужчин в потрепанной одежде, каждый из которых держал в руках пустую миску.
«Пока отец развлекается на охоте, сын кормит живущих поблизости бедняков. И как их не сравнивать? – Губы Сон Ина исказила ухмылка. Отправившись на охоту в честь возвращения наследного принца на родину, старый ван навлек на себя народные негодования, а его высочество тем временем развернул полевую кухню и приказал принимать там голодающих: кормить их, выслушивать жалобы. Это, конечно, привлекло на его сторону больше людей. – Быть может, так он вынуждал вана выйти и поприветствовать его».
Сон Ина поразила хитрость плана наследного принца – он истинный лис. Прежде чем вернуться на родину он послал к отцу генерала Ким Ёнсу с посланием: «Год выдался неурожайным, а расходы на Ваш выезд, куда бы Вы ни отправлялись, огромны, поэтому прошу Ваше Величество не утруждать себя дорогой до границы лишь ради того, чтобы поприветствовать меня. Ни к чему отцу преклоняться перед сыном». Сперва может показаться, будто он утверждал, что в приветствии вовсе нет нужды, но на самом деле подразумевалось совсем иное: он, настоятельно просивший отца не приезжать ради приветствий, был куда влиятельнее отца – у него за спиной стоял правящий клан династии Юань.
Наследный принц велел не встречать его вдалеке от дворца, но поприветствовать его близ двора было должно. Его высочество в конце концов понял намерения сына и, хотя немало рассердился, в итоге приветствие устроил. В знак этого ван отправился на охоту, что люди встретили с негодованием; по-видимому, этого и добивался наследный принц. А сам он покамест демонстрирует подданным свою щедрость, и народ говорит о нем не иначе как о будущем милосердном правителе. Так кто он, если не лис?
«В отличие от развращенных вана и Ван Чона, не ведающих, когда их используют, наследный принц изо всех сил старается не попасть впросак, что куда как забавнее», – последовав за своим провожатым в огромную юрту, довольно улыбнулся Сон Ин. Вон рисовал, сидя за простеньким деревянным столом. В юрте был лишь он один, на сей раз подле него не находились ни супруга другого племени от роду, выносившая ему наследника, ни Суджон-ху Ван Лин, обыкновенно следовавший за ним тенью. Даже Чан Ый, сопроводивший его до юрты, вышел и оставил Сон Ина наедине с наследным принцем. Тот, вероятно, слышал чужие шаги, но головы не поднял – слишком увлечен был завершением картины. Кисть, по-видимому, занимала его больше прочего.
