– Мама отправила меня к вам, – неохотно сказала Джулиана, усаживаясь на краешек дивана рядом с камином, словно готовясь в любой момент встать и уйти.
– Я догадываюсь, что вашей доброй воли в этом поступке было немного, – ухмыльнулся лорд.
– Не паясничайте, милорд. Давайте быстрее покончим со всем этим, и я смогу уйти к себе и прилечь. Я плохо себя чувствую.
– Простите, я не хотел вас задеть. Я всего лишь хочу, чтобы вы выслушали меня, от начала до конца. А потом принимайте решение, что дальше делать.
Лорд вздохнул, сел рядом и, глядя невидящими глазами на огонь в камине, начал свой рассказ.
– Пятнадцать лет назад у меня в жизни было все, о чем только может мечтать человек: любящий отец, друзья, красивая внешность, богатство, знатность, блестящие перспективы и самое главное – любимая женщина. Она была старше меня на десять лет, но меня это не смущало. Отец был против нее, но меня это тоже не останавливало. Я думал, что он просто плохо знает Розмари. Но когда они познакомятся поближе, он непременно полюбит ее. Розмари на тот момент была молодая богатая вдова. Как она сама рассказывала, родители чуть ли не силой выдали ее замуж за одного старого графа, чтобы оплатить карточные долги отца. Граф пообещал им щедрое вознаграждение, если они уговорят дочь на этот брак. Не знаю, может это и было правдой, но думаю, что, скорее всего, Розмари сама поймала графа в свои сети. Вы сами видели ее, видели, насколько она хороша и эффектна. А в молодости она была просто неотразима. В ее красоте было что-то дьявольское, от чего мужчины сходили с ума и готовы были идти за ней хоть на край света. Она прожила с графом семь лет, до самой его смерти, после чего к ней перешло все графское состояние. У графа остались дети от первой жены, которая давно умерла. Но он обделил их в завещании, оставив все Розмари. Думаю, что здесь не обошлось без ее активного вмешательства.
Освободившись от постылого старого мужа, и имея большие средства, чтобы жить на широкую ногу, Розмари принялась с лихвой компенсировать свою молодость, потраченную на прихоти старика. Она устраивала роскошные приемы. Именно там я и познакомился с ней. Она сразу начала выделять меня из всех своих поклонников. Правда, узнав, что мне всего двадцать лет, она была разочарована. Сейчас я думаю, что она хотела выйти за меня замуж, и как можно скорее, но отец не дал бы разрешения на наш брак. А я еще целый год не смог бы жениться без его дозволения. Однако Розмари решила на всякий случай держать меня при себе. Молодой красивый богатый поклонник – думаю, что это очень грело ее душу. А я был влюблен без памяти…
Через некоторое время я пригласил своих друзей отдохнуть в моем поместье, а заодно познакомить отца с Розмари. Я думал, что отец обрадуется моему намерению наконец остепениться и завести семью. Но отец, вопреки моим ожиданиям, очень холодно встретил свою предполагаемую невестку, чем глубоко расстроил меня. Позвав меня для разговора, он ясно и четко дал мне понять, что он не даст своего разрешения на брак с такой женщиной. Я потребовал объяснений, чем для него нехороша Розмари, и он сказал мне прямо, что она охотница за деньгами, причем не стесняющаяся в выборе средств. Тем более что она уже была далеко не невинной девушкой, и это давало ей возможность проявлять свою власть над мужчиной намного дальше, чем позволяли приличия. Отец даже сказал, что если я женюсь на ней без разрешения, по достижении мною совершеннолетия, то он лишит меня наследства и в насмешку над Розмари отдаст его детям графа от первого брака. Я был шокирован и обижен. Для меня-то Розмари была совершенством, она была для меня всем. Позже я передал ей наш разговор. Она предложила не сердить отца слишком явными отношениями и дать ему время, чтобы узнать ее получше, и убедиться в отсутствии корыстных интересов. Я согласился с разумностью этих доводов и все дни в поместье, что она гостила, мы провели на расстоянии друг от друга, лишь изредка обмениваясь нежными взглядами и мимолетными пожатиями руки. Правда отец не поверил этому спектаклю и по-прежнему держался с ней холодно и отстраненно. Я был восхищен, с каким терпением Розмари выдерживала его немилость и была с ним неизменно любезна и вежлива. Сейчас я думаю, что она просто держала перед собой свою цель – любой ценой умилостивить моего отца и войти к нему в доверие.
Через несколько дней после нашего приезда, мы с друзьями затеяли шутливый спор и решили устроить скачки. У отца было много породистых скаковых лошадей, и даже просто посидеть на них было бы честью для любого. Итог этих скачек вы знаете – мой конь споткнулся перед поваленным деревом, я упал на него и сломал позвоночник. Горе отца было безмерным, он вызвал лучших лондонских врачей. Но их прогноз был единодушным и неутешительным – я принужден был на всю жизнь оставаться инвалидом, прикованным к постели.
